— Я минут пять назад пришёл, я в городе договор подписывал, — он не говорил, скорее, громко шептал. Но Кристи прекрасно всё услышала.
— Но я слышала, что в комнате кто-то есть. Я постучала… — она прикрыла рот рукой. — У тебя ничего не пропало?
— Это был не вор. Это был он, — не обращая внимания на испуганный взгляд Кристи, Вильям указал на дверь. — Что там?
— Там архив амбулаторки. А что?
— Да ничего… Пошли ко мне. Ты что-то хотела?
— Да. Вильям, я хочу поговорить насчёт Дитмара. Моя красотка Мод же вообще не разговаривает, я с ней картинками и жестами общаюсь. У неё посттравма страшная и мутизм. А я хочу хоть немного понимать, что происходит в отделении. Расскажи мне, пожалуйста. Любой бред, любые страшилки, я уже готова в Бога и чёрта поверить. Мне нужно объяснение.
— Кому оно не нужно.
От разговора их отвлёк грохот на первом этаже, кто-то влетел в корпус и, громко топая, побежал по коридору. Вильям понимал, что ничего хорошего это не сулило. Он перестал верить в чудеса. На второй этаж влетел бледный до синевы Мэтт в униформе и кое-как накинутой куртке.
— Быстро в отделение.
— Карпентер? — Мэтт истерично замотал головой.
— Хьюго пропал! И Питер с ним, мы уже три часа их ищем.
От волны накатившего нервного тика Вильям даже не пытался закрыться. Врачи попадают по ту сторону стола. И именно после разговора с ним. Он не боялся ничего. Но убийца понял, как его довести. Нужно вогнать его в тот же кошмар, какой он уже пережил. Чтобы он боялся слово лишнее сказать или не туда ступить, чтобы никто не умер из-за него. Он снова козёл отпущения, и за ним внимательно следят.
Утро началось со всеобщего собрания в так называемом актовом зале. Вильям до одиннадцати вечера обыскивал отделение, простукивал все стены, пытаясь понять, куда мог кануть здоровый, немаленький Хьюго. От острого чувства вины его корячило всю ночь. Он чувствовал, как нешуточно начинает скатываться в состояние, которое не мог никак интерпретировать. Ему было одновременно плохо и никак. Он начинал понимать Дитмара. Никакой физической боли, но как же погано. И когда главврач в гробовой тишине объявил о том, что всех пациентов нужно срочно переводить в другие больницы и распускать по домам, пока преступник не будет найден, у него всё оборвалось. Он прекрасно понимал, как перебросить на другие клиники амбулаторку, да даже просто стационар. Старики, суицидники, плановые — они не были проблемой. Второй этаж быстро разъедется кто куда. А вот третий этаж оказался в заложниках. Потому что по документам весь третий этаж, включая экспериментальное, является острым и бредовым. То, какую кипу бумаг нужно приложить к каждому пациенту, которого оттуда выведут, Вильям прекрасно осознавал и понимал, что ситуация хуже некуда.
Договорившись с миссис Бишоп о подготовке к переводу своего планового пациента, Вильям едва заставил себя подняться в отделение. Сегодня приёма Дитмара нет, но, пока не станет известна судьба пропавших Питера и Хью, он не собирался спускать с него глаз. Остановившись в дверях комнаты отдыха, Вильям рассматривал пациентов. Они, как бы тяжелы ни были, прекрасно всё понимали. В комнате стояла какая-то нехорошая траурная тишина. Никто не говорил, все как будто немного впали в транс. Кроме Дитмара. Увидев Вильяма в дверях, он улыбнулся, как обычно, и помахал рукой. Помахав ему в ответ, чтобы обозначить участие, Вильям шагнул от проёма. Нет, нужно сделать всё, что в его силах, чтобы его вытащить. Дитмар больше, чем пациент. Это его отражение, его зеркало, его камень, его цепь, Вильям понимал, что все эти эмоции уже давно перешли стадию деловых отношений и провалились в бездну болезненной привязанности. Так, может, именно это поможет ему бороться с тем, кого он даже не знает? На злости, голом энтузиазме. Хоть как-нибудь, но бороться.
— Вильям, — Вильям резко обернулся и увидел перед собой бухгалтера. Кажется, мистер Смит, прямо как один из пациентов. Он явно вымок под снегом и едва успел протереть очки от влаги. — Вам просили передать.
— Кто? — Вильям забрал из его руки хитро сложенную бумажку, испачканную в чём-то. Быстро пробежав глазами по написанному незнакомым пляшущим почерком, как будто писалось в спешке, он втянул воздух сквозь зубы, даже не пытаясь скрыть раздражение вперемешку с лёгким ужасом, от которого бросило в холодный пот. Мистер Смит с отрешённо-равнодушным видом пожал плечами.
— Парень в чёрном пальто с капюшоном. Вроде у него волосы седые, но молодой. Он внутрь хотел, но охрана не пустила.
— Спасибо, я понял. А они ничего больше не просили передать?
— Нет, только это.
— Спасибо.
— Вам нужно зайти ко мне, мы заключили договор с другим банком, нужны ваши подписи.
— Конечно.
Мистер Смит повёл его в свой кабинет, попутно пытаясь пригладить волосы. Ну, вот теперь понятно, как крест попал в приют, так же, как и записка. Только понять бы, кто мог его пронести.
