Пройдет совсем немного времени, и в конце XVI века Пьер де Бурдейль, сеньор де Брантом, в своем порнографическом романе «Галантные дамы» позволит себе вот какую ремарку: «Говорят, в этом ремесле Сапфо с острова Лесбос являлась большой искусницей; утверждают даже, будто она его и придумала, с тех пор лесбиянки следуют ее примеру, по сей день соблюдая заветы наставницы с великой ревностью». Пробел заполнен, локализован не только географически, но также в языке, хотя до Нового времени под
Нам известно о разочаровании, постигшем молодых поэтесс Натали Клиффорд Барни и Рене Вивьен, после того как на исходе лета 1904 года, следуя давней своей мечте, они посетили остров Лесбос. Когда в конце концов подруги добрались до порта Митилены, их встретили изрыгаемые граммофоном французские шансоны; ни наружность местных жительниц, ни грубость наречия совершенно не перекликались с возвышенными представлениями о крае, столько раз воспетом в стихах. Однако это не помешало им снять по соседству две виллы в оливковой роще, совершать длительные прогулки на солнышке и под луной, отдаваться вновь вспыхнувшим чувствам, которые остыли много лет назад, и всерьез подумывать о создании на острове лесбийской школы поэзии и любви.
Конец идиллии наступил, когда о своем приезде возвестила третья дама – ревнивая и властная баронесса, с которой Вивьен состояла в любовной связи. Барни и Вивьен расстались. По возвращении в Париж они вели тайную переписку, взяв в посредники учителя древнегреческого.
Известно, что в 2008 году трое активистов с острова Лесбос безуспешно пытались провести в жизнь инициативу, запрещавшую женщинам, не уроженкам острова, называть себя лесбиянками: «Мы категорически выступаем против самочинного использования имени нашего родного острова людьми сомнительной ориентации».
Судья, который вел дело, отклонил ходатайство и потребовал от истцов оплаты судебных издержек.
Кто еще помнит правила, сформулированные Аристотелем в «Никомаховой этике» и касающиеся случаев, для которых неприменимы общепринятые законы, тот, следуя рекомендациям автора, берет на вооружение технику лесбосских зодчих, пользовавшихся свинцовым лекалом, что
Кто еще знает, что сапфическая строфа – это разностопная стихотворная форма, состоящая из четырех строк: трех одиннадцатисложников, где хорей на третьей стопе подменяется дактилем, и завершающего адония; где ударное начало каждой строфы разрешается в конце женской клаузулой, а характерная для данного размера торжественная интонация в заключении переходит на более успокоенный, миротворный и даже радостный лад.
Теологи, законоведы и медики, рассуждавшие в своих трактатах о трибадизме, сапфизме или лесбиянстве, почти всегда проводили между ними знак равенства: шла ли речь о противной природе сексуальной практике или же о непристойном обряде, о леденящей кровь аномалии или психической болезни.
Прошло немало времени, а разговоры о «лесбийской любви» всё еще не утихли; почему – мы точно не знаем, но что рано или поздно понятие это, подобно всем другим, что были в употреблении прежде, устареет и отношение к нему изменится – факт почти непреложный.
«Л» – звук, слетающий с кончика языка, «е» – гласная, что рвется на волю сильнее других, шипящая «с» тайно предупреждает об опасности, взрывное «б» размыкает сжатые уста…
В немецких толковых словарях слову «лесбийский» (lesbisch) предшествует lesbar, что означает «легко читаемый».
*
