Вид медийного центра навеял на гнома воспоминание о волшебном лесе, который был его домом сколько лет. Высокое и изогнутое, словно молоденький листик, здание сияло от падающих на зеркальные стены лучей солнца и переливалось пурпуром лесных первоцветов. Грозное и изящное, как будто ядовитое, оно подходило на свою хозяйку.
На первом этаже администрации не нашлось, лишь лифты, лестница и небольшой зал для ожидания. Скромник поднялся на четвёртый. Не сказать, что там было оживление — секретаря нет, коридор пуст. Гном пошёл дальше по сиреневому ковру, надеясь выйти к Рите.
«Но меня же должны встречать. Может, я не доехал?»
Наконец, где-то впереди бахнула дверь. Навстречу ему вышла сама Муэрте. Скромник уставился в пол, отчаянно краснея.
— Сереженька, извини, вся в делах!
Она подошла, подала руку — гном сначала её чуть не поцеловал, но быстро одумался и пожал — повела по коридору.
— Как тебе моё сокровище, моя гордость, мой медийный центр? — она развела руками.
— Очень красиво. Натурально…
— Ты заметил? — восторженно ахнула она. — Я специально просила сделать такую форму! Здание, к тому же, очень экологичное: на крыше и по всей внешней стене стоят солнечные батареи, а при постройки использовались натуральные материалы. Должен же кто-то заботиться о природе и её обитателях.
«Я тоже был её обитателем», — подумал гномик.
— Прошу, — она открыла дверь в шикарный фиолетово-красный кабинет. — Присаживайся.
Сама Рина опустилась в пурпурное кресло и разлила по тёмным граненным бокалам красную жидкость.
— Гранатовый сок. Обожаю.
Скромник не смог отказаться, присел на краешек кресла.
— Давай, — она протянула ему бокал, — за успешное начало твой карьеры.
Гном, покраснев в цвет сока, чокнулся.
— Я правильно понимаю, ты решил сниматься?
— Да, но… нет. Я не уверен, что справлюсь, и опыта у меня нет, и я не знаю, как поведу себя перед камерами, и стоит ли вообще… — гном в конец сконфузился и сжался на кресле, так и не выпив сок.
Рина взяла его за руку.
— Дорогой, уверена я. Все получится. Ты даже не представляешь, какие таланты иногда может скрывать тихий омут. Есть за этим стеснением и неуверенностью что-то большее или нет, ты узнаешь только попробовав. А в процессе того и гляди пропадёт скромность. Ты же способный мальчик, очаровательный, трудолюбивый. Кому, как не Сереженька, могут быть подвластны человеческие сердца?
Она улыбнулась и наклонилась ближе.
— А я тебе помогу. Буду рядом и накажу всех-всех обидчиков, пусть только попробуют косо взглянуть на мою звёздочку! Вместе мы свернём горы и поднимем охваты студии в десяток раз. Знаешь, почему? Ни у кого нет такого сокровища, как у меня. Модели, бородачи, учёные — скукотища! Ты — личность, за которой интересно следить. Ты будешь приманивать чужие взгляды, но уже никто не посмеет смеяться. Те самые обидчики и грубияны будут стоять в очереди за твоим автографом. Ты будешь звездой, Ромник. Самой яркой на небосклоне тревел-шоу. Понял?
— Да, — пискнул в ответ гном, не находя в себе сил отвезти от неё глаз.
— Тогда жду тебя завтра. Попробуем записать демо-версию, познакомлю с командой, подберём тебе костюмчик. Хорошо?
— Да.
— Тогда иди, мой дорогой, — она чмокнула его в лоб и откинулась на кресле.
Скромник стек с мягкого пурпура и, боясь повернуться к ней спиной, боком попятился к двери и выскочил наружу. Там будто воздух был легче.
«Магия, чистой воды магия!» — вздохнул он.
***
На следующий день водитель привёз его к тому же зданию, но к другому входу. У дверей гнома встретила сама Рина, облаченная в кисло-зелёное худи и бордовые штаны, провела внутрь съемочного корпуса.
— Здесь происходят телепортации, постпродакшн, подготовка — в общем, все этапы создания сказки или шоу. Справа — да-да, дверь с красной ручкой — гримерка, там уже выделили тебе столик, напротив — комната отдыха и столовая. Идём дальше, здесь режиссёрская и комната технического персонала, а в самом конце — видишь дубовую дверь? — там выход на площадку, — Муэрте улыбнулась и повернулась к нему, желая услышать восторги и комплименты.
Однако Скромник, который за ночь уже тысячу раз передумал, чувствовал только нарастающий страх и легкую дезориентацию.
— Гранатового сока? — улыбнулась Рина.
Скромник качнул головой.
Минут через двадцать их уединение — и некомфортное для гнома молчание — прервали костюмеры, пришедшие снять мерки со Скромника. Его попросили встать на стул и довольно быстро измерили вдоль и поперёк, даже спросили пожелания в цвете.
— Бирюзовый.
«Как у меня был колпачок», — вспомнил гном.
— Ну что, готов попробовать себя в роли ведущего? — спросила Рита, сложив руки домиком. — Вот, посмотри, один из вариантов приветствия, всего несколько предложений.
Скромник почувствовал, как у него взмокли ладошки и зачесался нос.
«Катилось яблочко, красный цвет,
Катилось яблочко на тот свет,
Покажи нам, яблочко, мир других,
Мир таких, как мы, и иных»
— Пойдём, познакомлю тебя с командой.
