Валерий Катулл, по собственному признанию Цезаря, заклеймил его вечным клеймом в своих стишках о Мамурре, но, когда поэт принёс извинения, Цезарь в тот же день пригласил его к обеду, а с отцом его продолжал поддерживать обычные дружеские отношения.
(Перевод М. Л. Гаспарова)
14. АПУЛЕЙ
«Апология»
6. Разве только в том меня следует упрекнуть, что я послал Кальпурниану порошок из аравийских плодов, тогда как ему гораздо больше подходило бы, в соответствии с мерзейшим обычаем иберийцев, собственной мочой, как говорит Катулл, «чистить зубы и красные десны».
10. Да, но ведь в таком случае можно было бы обвинить и Гая Катулла за то, что он Клодию назвал Лесбией…
(Перевод С. П. Маркиша)
15. АВЛ ГЕЛЛИЙ
«Аттические ночи»
VI. 20.6.
Также и Катулл, самый изысканный из поэтов, [использует подобного рода зияние] в следующих строках:
Мальчик, распорядись Фалерном старым,Наливай мне вино покрепче в чашу,Так Постумия, правя пир, велела,Пьяных гроздьев сама пьяней налившись.Хотя он мог сказать ebrio (ebrius – «пьяный»), поскольку общепринято было употреблять acinum (виноградная ягода) в среднем роде, однако из любви к сладости этого гомерического зияния он использовал [слово] ebria для гармонии со следующим звуком «а». Те же, кто считают, что Катулл сказал ebriosa или ebrioso – ведь иногда встречается и такое написание, – надо думать, имели дело с книгами, сделанными на основе испорченных экземпляров.
VII. 16. «О том, что поэт Катулл употребил слово deprecor (умолять, упрашивать) несколько необычно, но надлежащим образом и в правильном значении; а также о смысле этого слова с примерами из древних писателей».
VII. 16.13.
Следовательно, Катулл говорит, что ведёт себя так же, как Лесбия, поскольку он и бранил её на людях, и отвергал, и отказывался от неё, и постоянно проклинал, и всё же всей душой любил её.
(Перевод А. П. Бехтер)
XIX. 9.7.
Тогда некоторые греки, бывшие на этом пиру, приятные люди и также весьма сведущие в нашей литературе, стали дразнить и высмеивать ритора Юлиана как совершенного варвара и деревенщину, явившегося из испанской земли, [говоря], что он – лишь крикун и мастер бешеного и сварливого слова, дающий уроки языка, в котором нет наслаждений и изящества Венеры и Музы; они настойчиво спрашивали его, что он думает об Анакреонте и других поэтах этого рода и создавал ли кто-либо из наших поэтов столь плавно льющуюся усладу стихов. «Разве, пожалуй, – говорили они, – чуть-чуть Катулл, а также немножко Кальв…»
(Перевод О. Ю. Бойцовой)
16. ДЕЦИМ МАГН АВСОНИЙ
«Книга Эклог»
Авсоний – Дрепанию. 1–9.
«Книжку гладкую подарю кому я?» —Так когда-то сказал поэт веронский,И тотчас подарил её Непоту.Ну, а эту неглаженую книжку,Эти все пустяки, и вздор, и мусор,Я чьему попечению доверю?Я придумал! (дрожите, безделушки!)Он не меньше учён и больше кроток,Чем был тот, кто дан Галлией Катуллу.Мне из близких моих он всех дороже,Девять Муз его выше почитаютВсех других, исключая лишь Марона.«Ты, конечно, поэт, назвал Паката?»Это он! Вы, стихи, летите смелоИ свивайте гнездо в надёжном лоне.Он же будет вас чтить, хранить вас станет,Скроет слабое он, о дельном скажет, —Никакого суда за ним не бойтесь!(Перевод Ю. Ф. Шульца)17. ХАРИЗИЙ
«Искусство грамматики»
(Grammat. Lat. 1. P. 97).
Но всё же эти «таблички для заметок» часто среднего рода, как утверждает тот же Катулл в одиннадцатисложных стихах.
(Перевод М. Е. Бондаренко)
18. АМВРОСИЙ ФЕОДОСИЙ МАКРОБИЙ
«Сатурналии»
II. 1.8.
