– Ну, не самая хитрая механика, – хмыкнул Гриша и, дождавшись, когда решётка снова исчезнет, в очередной раз вытолкнул копьё на свет.
Механизм сработал, и в тот момент, когда решётка начала подниматься, парень ринулся вперёд. Не выпрямляясь в полный рост, казак просто перекатился под поднимающимся препятствием. Но, к его удивлению, и тут оказалось не так всё просто. Решётка упала обратно, пробив рукав его гимнастёрки. Дождавшись, когда она снова начала подниматься, Гриша освободил рукав и, привалившись к стене, перевёл дух.
– Чуть не попался, – проворчал он, глядя на полоску света. – Похоже, шутки и вправду кончились.
Осторожно поднявшись, он двинулся дальше, прижимаясь спиной к стене. Шагать по простреливаемому коридору ему совсем не хотелось. Новый поворот вывел его к короткой, на семь ступеней, лестнице. Перил не было, а внизу слышался едва слышный шорох. Приподняв факел повыше, Гриша вздрогнул и, не удержавшись, выругался. То, что он в обычной жизни не употреблял крепких выражений, совсем не означало, что парень их не знал. Но в данной ситуации это было единственным, что приходило на ум.
Короткая лестница выводила в широкий зал с высоким потолком. Пол зала был покрыт песком, по которому не спеша переползали десятки змей. Достав из связки ещё один факел, Гриша поджёг его от прежнего, а первый, несильно размахнувшись, бросил в зал. Послышалось злое шипение, и парень успел заметить, что тут собрали змей самых разных пород. Рассмотрел он и кобр, и гадюк, и гюрзу, с этими гадами он сталкивался и раньше. На Кавказе они водились.
Но были тут и такие, которых ему раньше видеть не приходилось. Недалеко от лестницы медленно проползла змея со странной отметиной на голове, напоминавшей силуэт птицы в полёте. Другая, попытавшаяся укусить факел, имела странной формы нарост на морде. Словно к её носу прилепили небольшой костяной щит. Снова усевшись на пол, Гриша принялся всматриваться в происходящее. Постепенно в голове парня сложилось несколько вопросов.
Первый: откуда в одном месте вдруг собралось столько гадов? Второй: чем это место их так привлекает? Змеи – существа живые и должны что-то есть, но в этих коридорах даже пауков не видно. Почему же они тогда не расползаются? Третье: почему они до сих пор не передохли с голоду? Сам того не замечая, Гриша вошёл в состояние сосредоточенности. Так ему лучше думалось.
Неожиданно его внимание привлёк ещё один факт. Ни одна змея даже не пыталась выползти по лестнице в коридор. Больше того. Вокруг последней ступени словно был очерчен невидимый круг, который змеи не пересекали. Выходит, в зал можно спуститься. Но что дальше? Змей здесь собрали не ради развлечения. Гриша опустил голову, рассматривая лестницу, и тут краем глаза заметил какое-то призрачное свечение.
Так светится предмет, обладающий своей аурой. Своей энергией. Замерев, чтобы не потерять предмет из поля зрения, парень медленно повернул голову и, зашипев не хуже ползавших по залу змей, принялся рыться в сумке. Достав подаренный фонарик, Гриша направил его луч в нужную сторону и удивлённо покачал головой.
– Вот, значит, почему они не расползаются, – выдохнул парень.
По правую руку от лестницы, у самой стены, был поставлен странный постамент. Круглая колонна высотой примерно в человеческий рост. Из её верхнего торца, словно из стены, торчала длинная змеиная шея. Плавно изгибаясь, она опускалась до середины колонны и заканчивалась оскаленной змеиной пастью. Вместо глаз в голову изваяния были вделаны два красных камня. Именно они и светились, когда Гриша смотрел на них в состоянии транса.
Поднявшись, парень попытался дотянуться до головы копьём, но ничего не получилось. Слишком далеко. Бросать его тоже было неудобно. Угол атаки оказался слишком острым. Выходить на лестницу Грише почему-то не хотелось. Категорически. Примерившись и так и эдак, парень рассердился и, выхватив пистолет, переложил его в левую руку.
– Не получается руками, попробуем технически, – зло прошипел Гриша и, встав так, чтобы угол стены закрывал его полностью, тщательно прицелился.
В зале оказался только ствол пистолета, и два выстрела отдались звонким эхом. Пули разбили голову статуи, и в то же мгновение зал озарила яркая вспышка. Отпрянув от края, Гриша успел развернуться и прикрыть лицо локтем. От ожогов его спасли реакция и предусмотрительность. В зале с рёвом полыхало пламя. Сколько это длилось, парень даже не пытался определить. Не до того было.
Внезапно всё кончилось, и шипящий гул сменился тихим потрескиванием остывающего камня. Выпрямившись, Гриша осторожно заглянул в зал, подсвечивая себе фонариком, и от удивления присвистнул. Что изобретатели зарядили в статую, он так и не понял, но песок, покрывавший полы зала, от пламени превратился в стекло, а от змей остались одни воспоминания. Только под колонной в диаметре двух шагов всё было как прежде, а на песке кровавыми каплями поблёскивали камни, некогда бывшие глазами статуи.
