– Как тебе эта сивка-бурка? – с улыбкой уточнил Матвей, кивая на коня, на котором ехала девушка.
– А хорош, – рассмеялась Катерина. – Хоть неказист с виду, а бежит добре, да и покладистый.
– Вот и добре, – кивнул Матвей, уже выстраивая про себя разговор с десятником.
– Гляньте, казаки. Катька под шумок решила за кузнеца выскочить, – раздался молодой, задорный голос, и девушка, втянув голову в плечи, тут же поспешила отвести своего скакуна в сторону.
– Это кому там язык лишний? – послышался в ответ грозный окрик, и десятник, придержав коня, оглянулся на свой десяток.
– Ты, Варлам, смотрю, умный шибко, – обернувшись, рыкнул Матвей. – Да только за такие шутки можно и зубов лишиться.
– Ты чего звереешь сразу, Матвей? – растерянно проворчал говорливый казачок. – Я ж так, пошутить только.
– Над бабой своей шутить будешь, – огрызнулся парень и, толкнув каблуками Буяна, быстро догнал десятника. – Дядька Михей, дозволь спросить.
– Спрашивай.
– Мне вроде как с добычи часть положена. Или чего сам выберу. Так?
– Верно.
– Я коня одного забрать хочу.
– Которого?
– Того, на котором Катерина едет.
– Ей отдать решил? – сразу догадался казак.
– Она сказывала, у них окромя мерина старого иного коня и нет. А там детей семеро по лавкам. Я с той добычи не разбогатею, а им всё подмога.
– Справного казака Гриша вырастил, – помолчав, одобрительно усмехнулся Михей. – Быть посему. А насчёт остальной добычи покоен будь. Всё честь по чести будет, как всё взятое продадим.
– Благодарствую, дядька Михей, – сняв папаху, коротко поклонился парень.
– Ты вот что, Матвей. Поучил бы сынов моих ножами орудовать. Видел я, как ты их в цель бросаешь. С седла, на скаку, и ни одного промаха.
– Так поучить-то можно, дядька Михей. Только прежде им потребно такую же перевязь с оружием сделать, – ответил Матвей, тряхнув своей амуницией. – Чтоб всё под руку было. А то давеча мальчонка один прилип как банный лист, научи да научи. А как батька его услышал, что ножи заказывать надобно, так и запретил. Мал, говорит, ещё. А ножами, как шашкой, быстро владеть не научишься. Тут тренировки постоянные нужны.
– Ага. То-то у тебя возле кузни вечно полено изрубленное висит, – кивнул казак, сообразив, что к чему.
– Верно. Сначала как с шашкой. На месте всё делаешь, а после, когда нож в руке почувствуешь, полешко подвешиваешь, и пусть качается из стороны в сторону. А ты кидай, чтобы в самую серёдку попасть.
– Ишь ты. Тоже наука. Пластуны научили?
– Они, – кивнул Матвей, не уточняя, какие именно разведчики его учили.
– Добре. Спрошу Гришу, сколько мне такая сбруя на двух оболтусов встанет, – подумав, хмыкнул казак.
– Не особо дорого. Они ж не булатные, – отмахнулся Матвей. – Да и то батя их ковать меня поставит. Дело-то нехитрое.
– Всё одно он старший в доме, ему и решать, – посуровел казак лицом.
– Это само собой, – тут же поспешил согласиться Матвей.
Встречали их всей станицей. Взволнованные родственники тут же обступили спасённых девчонок, а выполнивший свой долг десяток в полном составе направился на доклад к старшинам, ожидавшим завершения этой погони у церкви. Выстроившись в ряд, казаки слезли с коней, и десятник, поправив папаху, шагнул вперёд:
– Сделали всё, как велено было, – молодцевато расправляя усы, сообщил Михей. – Девок отбили, бандитов постреляли, трофеи по укладу делить станем.
Понятно, что это был не воинский строй, и потому доклад проводился не по всем уставным правилам, но старшины слушали казака внимательно.
– С тобой молодые ходили. Что о них скажешь? – кивнув, в свою очередь спросил Елизар.
– Добрые казаки выросли, – улыбнулся Михей. – Кое-кому коней сменить бы надо да справу подновить, а так добрые казачки.
– Ещё чего есть? – чутко отреагировал Елизар на некоторую недосказанность в словах десятника.
– Есть мысля, – кивнул Михей, оглядываясь через плечо. – Думаю, года через два Матвея Лютого можно будет смело десятником писать. И бой видит, и братов в бою. И по следу нас, словно по ниточке, за степняками провёл. Да и соображает добре. Толкового сына Григорий вырастил.
– Думаешь, получится с него десятник? – задумчиво переспросил Елизар.
– Думаю, и дальше пойдёт. Умён парень, – решительно кивнул казак.
– Добре. Поглядим, как оно дальше будет, – кивнул старый боец, жестом отпуская десяток.
Стоя в строю, Матвей взглядом окинул собравшихся людей и, приметив в толпе отца, едва заметно улыбнулся. Внимательно слушавший, что говорит опытный десятник, кузнец едва заметно кивнул ему, а после доклада широким шагом подошёл к Михею.
– Благодарствую, друже, за слова добрые о сыне, – протянул он руку десятнику.
