Точно! Савина! – оживился Дёмин. – Дима, ты когда её в последний раз видел?
Ну, тогда и видел, – ответил он. – Лет пять назад.
Ну, так будет тебе известно, что твой отказ ей послужил почвой к нравственному падению.
В каком смысле?
В том самом. В ту ещё шалаву превратилась. Уж, не знаю есть ли тут твоя вина или нету…
Ближе к делу, – Кошкин запустил пятерню пальцев себе в волосы и сжал их в кулак.
Короче, года три – четыре назад Оля меня на свой день рождения позвала. Был очень странный праздник! Кроме меня там были ещё парней пять и ни одной её подруги. Но самое главное, что там была её мать и её отчим!
Ну, эта история уже интересней моей, – засмеялся Шеин.
Мы забухали с её отчимом, – продолжал Дёмин, не обращая внимание на Шеина. – Сидели на кухне он, я и Толян – пили водку. А в это время! – он прищурил глаза и наклонил голову, как будто собирался рассказать государственную тайну. – Трое пацанов по очереди приходовали эту твою Олю в соседней комнате.
А–а- а, – лицо Кошкина сморщилось, как при виде мёртвой крысы.
Но и это не самое интересное! – продолжил Дёмин, и Шеин разразился неудержимым, истерическим хохотом. – Самое интересное то, что в другой комнате в это же время Валера… Ну вы его знаете… Такой смуглый… Так вот, Валера, в то время, как мы с Толяном пили водку, а Оля принимала гостей… Валера, – он сделал ударение на его имя, – занимался её матерью!
Да ну, чушь! – закричал Кошкин.
Спроси у Толяна, если ещё свидимся с ним! – парировал Дёмин. – Ну, ты прикинь! Отец семейства пьёт с пацанами водку, а в это время в соседних комнатах жарят его жену и приёмную дочь.
И снова неудержимый хохот Шеина. От смеха у него на глазах выступили слёзы и редкими, блестящими каплями потекли по щекам.
Понял мораль, Дима? – спросил он отсмеявшись.
Какая тут ещё мораль?
А такая, что морали нет! – сказал он, едва сдерживая смех. – Всему миру не хрен не упала твоя совесть и твои чувства. Все друг другу изменяют и плюют в душу. И это ещё неизвестно, хорошо или плохо узнать о том, какая твоя жена шлюха!
Полегчало, братан? – заулыбался Дёмин.
Вас послушаешь – так все бабы проститутки, – с какой-то грустью произнёс Кошкин.
А ты как будто вчера родился, – сказал Шеин. – А вообще ты прав, хотя и парни ничуть не лучше. Но общество эволюционирует, и ты думаешь, что кого-то осудят за измену? Да подруги твоей англичанки только порадуются за неё, а она и глазом не поведёт. Или ты думаешь, что она, как Каренина, под поезд бросится? – он замолчал не секунду, затем произнёс. – А что ты против проституток имеешь?
Вот не начинай заново свою песню! – сказал Кошкин.
Пошли курить, чуваки, – закончил разговор Дёмин.
Они вышли на улицу. Был тихий и спокойный вечер, лишь изредка одинокие машины нарушали тишину рёвом своих моторов. Подул тёплый, лёгкий ветерок. В тишине тлели три одиноких уголька сигарет. Шеин, матернувшись, плюнул на грязный асфальт. Молча покурили и вернулись обратно в помещение, там Серёга из соседней компании что-то эмоционально рассказывал своим друзьям. Кажется, это была история, как ему удалось переспать с какой-то подругой. Мужики, смотрящие футбол вдруг оживились и радостно завопили, обнимая друг друга: Россия забила гол. И в этот момент из их разговора пропали проблемы не только нашего футбола, но и у всей страны, по-видимому, они тоже испарились. Подслушав их разговор, Шеин улыбнулся и посмотрел на друзей:
Быдло за страну радуется, – говорил он.
Пускай радуются, – ответил Кошкин.
Я вот вообще не понимаю чувство патриотизма, – гнул свою линию Шеин.
Всё ты понимаешь, – отвечал Кошкин. – Просто в России тяжело быть патриотом и адекватным человеком одновременно.
Естественно, – ответил Шеин. – Ведь это абсолютно противоположные вещи.
Вот как?
Да, – его лицо приняло серьёзный вид. – Да ты и сам знаешь, что патриотизм – это искусственное чувство, подогреваемое властями для собственной выгоды.
Ну, это если смотреть под таким углом, то да.
А ты под каким смотришь? – сказал молчавший до этого Дёмин. – Лично я считаю, что еврей прав.
Ты сам посуди, – говорил Шеин, смотря Кошкину прямо в глаза. – В чувстве патриотизма логики нет. Ты считаешь, что твоя страна лучше других только потому, что ты здесь родился! Тебе не кажется, что это немного тупо и лицемерно? Ко всему прочему, ты сам задумывался, что именно ты любишь? Любишь свои родные захарканные подъезды? Любимое быдло в спортивках на лавочках? Мусоров, которые посадят тебя за лайк в соцсетях? Или тех, кто стуканёт на тебя им? Ты любишь непонятно что. И ходишь гордый, что родился русским, как последний идиот. Только человек, который в своей жизни не смог добиться ничего стоящего, будет гордиться заслугами своей страны, как своими собственными. В любой ситуации такие неудачники вспоминают красный флаг над Рейхстагом и Гагарина, забывая, что это не они ставили флаг, и не они летали в космос. И, главное, как, скажи мне, можно гордиться тем, что ты русский, если это всего лишь случайность?
