— Я двух зайцев принесла, а третьего какая-то птица съела. Желудок да кости лежат, — сказала она. — А я и не расстроилась, куда нам столько. Куропаток близко видела, но ведь я же без ружья ходила. Быстро вернулась, а чего, тут рядышком. Обед у меня готов, думала нескоро придешь, — сказала Акулина.
— До капканов тоже недалеко. Снял капканы, и обратно, с выдрами, правда, повозился. Третья выдра ушла, — да пусть себе идет. Давай Ако быстро пообедаем, и на речку, — сказал он жене.
— Мне доставать свои удочки? — спросила Акулина.
— Да зачем? Моих удочек хватит, — ответил Кэлками. Быстро пообедав, супруги пошли на рыбалку.
Кэлками продолбил лунки поближе к перекату, где вздулся потрескавшийся лед. Обычно в таких местах зимует рыба. Под приподнятым льдом всегда больше кислорода. Стоячую воду с прижатым ко дну льдом рыба избегает. Эти особенности Кэлками, конечно, знает. Рыба сразу стала клевать, кактолько они опустили блесна под лед. Преимущественно брал крупный норигэ
— Эх! Чуточку мы опоздали, поклевка кончилась. Теперь перед темнотой рыба может брать. Для интереса мы еще можем подойти, как дома дела закончим. Нам же еще и трофеи наши надо ободрать. Ну и то ничего. Почти полная котомка, мастера мы с тобой, Ако. А рыбы хочется, с самой осени свежей не едали. И бульона тоже… — по-детски радовался Кэлками.
В тот день супруги вдоволь наелись рыбы. Незаметно стемнело, пока снимали шкурки с зайцев и выдр.
— Рыбное место, поэтому выдры скопились здесь у слияния Омолона и Авлынди. Зайцев и куропаток тоже много. Никто же не промышляет специально выдру и зайца. А охотники стороной проходят. Юкагира бы Опанатия сюда, которого встречали. Они бы и горя не ведали здесь, — размышлял Кэлками.
— И то правда, мне тоже это место нравится, как и Бэбэкан. Если бы не пушнина и олени, остались бы здесь до осени. Отсюда бы и поехали белковать, — размечталась Акулина.
— Ако, надо будет реку угостить за щедрость. Приготовь хоть щепотку табака, чаю и муки. Завтра утречком в реку брошу, — предупредил Кэлками жену.
— Я сейчас приготовлю и около столика положу, — сказала Акулина.
Утром, пока Акулина паковала и увязывала вещи, Кэлками сходил на речку и бросил сверточек в полынью. Сняв шапку и зажмурив глаза, Кэлками тихо зашептал: «Охотник Кэлками благодарит реку Омолон и Авлындю за доброту и щедрость. И в следующем сезоне Кэлками чем-нибудь вас угостит».
Когда он вернулся домой, Акулина уже сняла палатку и увязала ее вместе с посудой в виде вьючной мунгурки, а затем подсунула под вьюк грузовое седло.
— В чайничке тебе чаю оставила и мяса в мешочке, попей и поешь, а то кочевка длинная, — сказала Акулина.
— Спасибо, Ако, ты такая заботливая, — поблагодарил Кэлками Акулину.
— Далеко мы сегодня должны откочевать. Вполне возможно, найдем дорогу впереди кочующих бригад, если не сегодня, то завтра обязательно наступим на их тропу. И нам станет легче следовать за ними, — сказал Кэлками. — Ты, Ако, приготовь поводки, сейчас пригоню оленей. Вон к тем кустам прижмем. Даже аркан натягивать не будем, так поймаем, — сказал Кэлками, направляясь к оленям.
Смышленые животные сразу заметили, что палатка снята и хозяева ходят с веревками. Стало быть, сейчас их переловят, загрузят вьюки, и начнется дальняя кочевка на новые места, на свежие корма. Однако стадо стояло спокойно и олени не пытались сопротивляться, когда одевали на них поводки, — вокруг жесткие кусты и сугробы, все равно не увильнуть.
Караван бойко тронулся вверх по левой стороне Эгден Авлынди. Снег был глубже, чем в бассейне Омолона, и по структуре плотнее. Но все-таки каравану удалось отмахать сегодня до устья речки Худинры, левого притока Эгден Авлынди, и сделать остановку. Однако следов охотников здесь не оказалось. Кэлками знает, что снизу идущие охотники именно здесь, в районе устья Худинры, обычно переходят на левую сторону реки Эгден Авлындя. Где-то тут, может, чуть повыше, Кэлками непременно должен наткнуться на набитую тропу и спокойно вздохнуть после длительных переходов по бездорожью.
Управившись с установкой палатки, Кэлками повалил две не очень толстые сухостоины на дрова. «Хватит дров до утра, завтра все равно кочевать», — подумал он, раскалывая чурочки.
— Почему-то следов наших соседей нет, неужто где-то стороною идут? — проговорила Акулина за вечерней едой.
— Наверное, просто ближе к сопкам прижимаются, где снегу поменьше. А может, охотники перешли Эгден Авлындю в устье речки Калбагды. Тогда мы завтра сразу по выезде с этой стоянки наткнемся на следы кочевки других охотников, — успокоил жену Кэлками.
