Но если ты, не пожалев усилий,
Отыщешь путь, ведущий к небесам,
Ты будешь видеть их, подобно нам».
Твои слова я слышу, брат родной?»
«Во сне, — ответил Валерьян, — доселе
Мы жили, голос истины живой
Теперь нас пробудил». — «О брат, открой,
И тот в ответ: «Внемли же объясненью.
Мне ангелом указан к правде путь;
Отринув идолов душою честной,
Ты тоже можешь на него свернуть».
Считал святой Амвросий,1161 как известно.
Вот как учитель благородный сей
О нем глаголет в повести своей.
Чтоб заслужить страстной венец нетленный,
Отринула соблазны плоти бренной;
В признаньях и Тибурций и она
Нам подтвердили это все сполна.
С небес тогда Создатель всеблагой им
Был обращен супруг и брат его
Младою девственницей для начала.
Вот чистоты святое торжество!
Тибурцию Цецилья доказала,
Что им живое слово не дано
И бросить их пора уже давно.
«Кто думает иначе, — тот ничуть, —
Ответил юноша, — не лучше зверя».
И молвила: «Мне братом будь по вере!
Перед тобой открыты в небо двери».
Потом, к нему приблизившись на шаг,
Она ему еще сказала так:
Велел закон Христовой доброты,
Так я в тебе нашла сегодня друга,
Когда от идолов отрекся ты.
Себя смирив обетом чистоты,
Увидишь ангела с собою рядом».
Тибурций молвил: «Дорогой мой брат,
Куда пойду я, перед кем предстану?»
А тот в ответ: «Спокоен будь и рад,
Тибурций, подошедши к Валерьяну,
Воскликнул: «Странны мне твои слова,
И верю я ушам своим едва.
Ты не о том ли говоришь Урбане,
Живет в норах, — подобно дикой лани,
От человеческих скрываясь глаз?
Его бы на костре сожгли тотчас,
Когда б могли найти, и в это пламя
Покуда, в небеса вперяя взор,
В глуби мы ищем истинного Бога,
Тут, на земле, поглотит нас костер».
Цецилия его прервала строго:
Земная жизнь, исполненная зла,
Когда б она единственной была.
Но есть иная жизнь в ином пределе,
Которая не ведает конца.
Путь кажет Сын Небесного Отца,
Благого Вседержителя-Творца,
Чей Дух Святой бессмертною душою
От века наделяет все земное.
Принесена на землю Божьим Сыном,
Что, кроме этой, жизнь иная есть».
«Сестра, — вскричал Тибурций, — ты единым
Не назвала ли Бога властелином?
А ты мне говоришь теперь о трех».
Она на это: «Слушай разъясненье:
Как состоит разумный дух людской
Из памяти, ума, воображенья,1162
И Божеству, Тибурций дорогой».
Затем ему Цецилья в поученье
Про жизнь Христа, про все его мученья
Поведала, про гибель на кресте:
Погрязшему в грехе и суете,
Сын Божий вечную предрек свободу.
И вот Тибурций, что впервые сроду
О сыне Божьем услыхал рассказ,
Урбан, вознесши Господу молитву,
Крестил его и рыцарем дал стать,1163
Всегда готовым на святую битву.
На юношу такая благодать
Всечасно ангела; ни на мгновенье
Его не покидало провиденье.
Всех знамений, что дал им свет Христов,
Не перечислить, — было их немало.
Их городская стража разыскала.
Префект Алмахий,1165 допросив сначала,
Их к статуе Юпитера послал
И слово им в напутствие сказал:
Не пожелает жертву принести».
Потом, корникулярия1166 Максима
Призвав, ему велел их отвести;
Святых на их страдальческом пути
Им сострадал и слезы лил обильно.
Когда он слово услыхал святых,
От них велел он катам отступиться,
Затем позвал к себе он на дом их.
Как светом веры озарились лица
У катов и Максима, — их сердца
Очистили святые до конца.
Цецилья позже, под ночным покровом,
И вновь крещенным именем Христовым
Промолвила, душою весела:
«Оставьте ваши темные дела,
Оружьем света препояшьтесь ныне,1167
Вы можете гордиться, о друзья,
Одержанной победою отменной.
Вам в небе справедливый Судия,
Все видящий из глуби сокровенной,
Как только голос девственницы стих,
На площадь братьев повели святых.
На площади они ни воскурений,
Ни жертвы идолу не вознесли;
Они беседу с Господом вели,
Далекие от помыслов земли,
И отсекла их головы секира,
И души их взнеслись к Владыке мира.
В слезах сказал, что видел, как вспарили
Бессмертные их души к небесам
Под сенью светлых ангельских воскрылий.
И те слова премногих обратили.
Под плетью отдал Богу душу он.
