Одновременно русские отправили в Мексико-Сити опытного офицера КГБ, который в период временного отсутствия посла стал поверенным в делах. Это был Дмитрий Алексеевич Дьяконов, которого другие русские тут же нарекли "клоуном" За его спиной они смеялись над его внешним видом и манерами. Он был совершенно лыс, лишь пучки волос торчали по бокам. Если волосы немного отрастали, то казалось, что у него выросли рога; если он стригся, то казалось, что его недавно скальпировали. Его волосы, в сочетании с огромными, глубоко посаженными глазами и гортанным голосом делали его похожим на карикатуру, изображающую бросающего бомбу большевика начала столетия. Когда он делал попытку произнести речь, то буквально был не в состоянии следить за своими руками. Либо он засовывал в карманы большие пальцы рук и откидывался назад, либо, сцепив руки сзади, наклонялся вперед. В любом из этих положений он производил впечатление человека, который вот-вот упадет головой вниз.
Более того, Дьяконов был строгим пуританином и был ошеломлен супружескими изменами и непристойными намеками, что было обычным делом в изолированной советской колонии. На очередном еженедельном собрании членов коммунистической партии он попросил слова и призвал к проведению реформы. "Я был возмущен, — начал он, — услышав на территории советского посольства грязные разговоры о сексе. Такие разговоры противоречат коммунистической морали. Мне стыдно сказать, но об этом говорят постоянно, даже женщины". Со стороны женщин послышалось хихиканье, прервавшее его речь и смутившее и озадачившее Дьяконова.
Всем женщинам было известно, что самой большой нарушительницей его понятия коммунистической морали была Лидия Нсчипорен-ко, жена Олега. Когда Нечипоренко познакомился с Лидией, ей было девятнадцать лет, у нее была гибкая фигура, лицо мадонны. Тогда она работала продавщицей. Ее физическая привлекательность скрыла поначалу от него ее необразованность и грубость. Обучение в КГБ и путешествия превратили Нечипоренко в утонченного космополита, Лидия же за это время не продвинулась в своем интеллектуальном развитии ни на шаг и лишь раздавалась вширь. Ее непристойные шутки, казавшиеся Нечипоренко когда-то забавными, теперь заставляли его краснеть. На вечеринках, выпив пару рюмок, она грубо приставала к другим сотрудникам КГБ, которые не осмеливались оскорбить ни ее, ни ее мужа.
Лидия хитро использовала власть мужа, взяв на себя обязанности сыщика при женах русских сотрудников. Ее официальной сферой деятельности стала их частная жизнь. Она беспрестанно совала всюду свой нос и умышленно пыталась натравить одну женщину на другую, задавая одной вопросы, компрометирующие или унижающие другую. Она испытывала особое удовольствие, оскорбляя женщин ложными обвинениями, заставляя их потом оправдываться. Нечипорен-ко стал ненавидеть ее, то же самое испытывали к ней все остальные.
Не зная всей этой обстановки, Дьяконов начал запинаться. "Я хочу сказать вам еще кое-что. Меня поразили некоторые сделанные вами заявления о мексиканцах. Они наивны и ими можно управлять, но нельзя говорить, что они нечистоплотны, что они ленивы и не обладают никакой культурой".
И опять слова Дьяконова сопровождали хихиканье и ухмылки, потому что и тут Лидия была главной обвиняемой. Внезапно смех прекратился, как будто его и не было. Коломьяков вскочил, явно разгневанный. "Почему вы оскорбляете товарища Дьяконова? — закричал он. — Он совершенно прав. Товарищ Дьяконов говорит от имени партии. Он также говорит от имени органов государственной безопасности. Понятно вам?" Всем было понятно.
Каким бы глупым ни казался Дьяконов русским женщинам, он вовсе не был тем клоуном, каким они его считали. Действуя где-то на задворках мира, он доказал, что его можно поставить в один ряд с самыми жестокими людьми. В 1959 году правительство Аргентины выслало его из Бузнос Айреса после созданного там хаоса в результате спровоцированных им бунтов рабочих. В 1963 году он объявился в Бразилии в качестве члена советской комиссии по присуждению Премии Мира. Кульминацией его деятельности там было восстание унтерофицерского состава бразильской армии, и он опять был изгнан из страны. Дьяконов, этот специалист по забастовкам, бунтам и насилию, обладал всеми необходимыми качествами для руководства партизанами. Это и было его миссией в Мексике.
КГБ через Дьяконова получал информацию об успехах проводимой Гомезом и его мексиканскими подчиненными вербовки. В свою очередь Коломьяков проверял предполагаемых рекрутов, замеченных Нечипоренко или другими сотрудниками аппарата КГБ в Мексике.
