КГБ в Афганистане полностью

– В Афганистане я встретил много замечательных людей. Это и заместитель начальника политотдела, большой ценитель и знаток родного белорусского слова подполковник Святослав Лис. И командир нашей 108-й мотострелковой дивизии, тогда еще генерал-майор Виктор Барынькин, ныне генерал-полковник, первый заместитель начальника Академии Генштаба Российских вооруженных сил. И начальник политотдела, генерал-майор запаса, а в то время подполковник Николай Иванов… Да разве обо всех скажешь, всех вспомнишь…

Дружба, рожденная в пламени афганской войны, прошла через всю жизнь. Спустя годы мне приятно осознавать, что все мы – и я, и они – принадлежим к афганскому братству. Все мы – побратимы, выполнившие свой долг перед Родиной до конца.

В. Р. Ситник на встрече с руководством военной контрразведки ХАД. Баграм. 1987 г.

Сегодня можно сколько угодно говорить о целесообразности присутствия войск ограниченного контингента в южном «подбрюшье» Союза. Я твердо убежден, что в той политической ситуации это было жестокой необходимостью.

Мы – солдаты. Наш долг – выполнять приказ. Если сегодня европейские страны задыхаются от наркотиков, то десять лет, проведенных советскими войсками в Афганистане, мы сдерживали этот смертоносный поток. Данный факт не должен оставаться незамеченным.

Они давно ушли оттуда. Но до сих пор в их сердцах саднит кровоточащий осколок прошлой войны, вновь и вновь возвращая их в узкие колодцы изгибистых ущелий, в бушующий осколочно-фугасный ад, к снежным вершинам и бурым камням, над которыми, уводя в бесконечность, сияют ледяные афганские звезды…

Они – ветераны военной контрразведки. Мужественные и отважные люди. Офицеры долга и чести.

Война в Афганистане… Каждый, кого опалило ее пламя, вспоминает о ней по-своему. У каждого она своя. Преломленная через призму личного восприятия и опыта. Увиденная, прочувствованная, пережитая. С годами стираются, растворяются в бесшумном потоке времени отдельные детали. Но забыть ее невозможно. Она останется с ними навсегда.

Мой рассказ – воспоминания полковника Василия Шабалина о боевых действиях в этой чужой, враждебной, так и не понятой до конца стране. Его суровая правда. Его офицерская быль и боль.

Тот бой полковник Шабалин не забудет никогда. 17 марта 1987 года…

…Третья разведывательно-десантная рота 650-го отдельного разведывательного батальона 5-й мотострелковой дивизии, зажатая шестнадцатью наемниками в узком мглистом ущелье гератских гор, отчаянно пыталась вырваться из каменной западни. Ухали взрывы, дробно молотили «крупняки», зло свистели, визжали, шипели пули, яростно кроша камни, за которыми, спасаясь от смертельного огня, залегли разведчики. Бой в горах имеет свои законы. Здесь количество не играет решающего значения. У кого в руках господствующая высота – тот и хозяин положения. Положение было явно не на стороне разведчиков. Засада была грамотно спланирована и организована. Их ждали и теперь методично расстреливали. Стрелки были точны и беспощадны. Рота огрызалась, рота не хотела умирать, рота остервенело дралась. По-нашему, по-славянски отчаянно.

На помощь им уже спешило подкрепление. «Семь двухсотых и восемь трехсотых…» – доносилось из наушников радиостанции.

Полковник Василий Анатольевич Шабалин

Вертолеты, разрывая лопастями стылое небо, подлетев к месту десантирования, зависали над землей. В реве моторов, под сбивающим с ног, от винтов, ветром в клубящуюся пыль привычными, отточенными до механизма движениями десантировались разведчики.

Вместе со всеми десантировался и «особист» капитан Шабалин. Всего за неделю до этого он прилетел в Кабул и доложил о своем прибытии руководству особого отдела КГБ СССР 40-й армии.