Между тем, задержанных доставили «вниз», развели по камерам. Зимин сам, как и Померанцев, и два вахмистра, по горячим следам проводили допросы, «крутили» выловленных турок. Работали отнюдь не в белых перчатках, и допросы того же Кутепова существенно отличались от нынешних. Ночь не резиновая, и еще не понять, как скоро придет тот час когда будет не до разговоров. Янычары, народ крепкий, что не говори, главные воины Османского войска. Они ведь не только в окопах воюют, но и служат телохранителями султана, полицейскими, работают в контрразведке. Эти, что так бездарно попались, были полевыми разведчиками, потому как славяне по крови, какой-то умной головой, отправленными почти на убой. В янычары могли попасть только христианские юноши, в последствии воспитанные в особой среде, в определенных лагерях и заведениях некоторого хитрого типа, затем проникшиеся традициями и особенностями ислама, служили султану верой и правдой.
Какое-то время упиравшиеся шпионы, все же поплыли. Взмыленный Померанцев, с выпученными глазами, первым влетел в каземат к шефу.
— Мой раскололся!
— И..? — ротмистр отвел взгляд от «страдальца», подвешенного за руки к крюку под потолком.
— Необходимо срочно гарнизон поднимать «в ружье»! Мы опаздываем! Другие группы диверсантов брать не успеваем…
С тяжелым сердцем Зимин по телефону поднял на ноги генерала.
— Ваше превосходительство, это не подготовка к диверсии. Вражеские группы прибыли на объект с целью устранения части постов охранения на участке атаки. В их задачу входит так же создание паники, связывание боем комендантской роты, и попытка не допустить возможность основному контингенту покинуть казармы и вывести технику из боксов. Нападение спланировано на пять часов утра. У нас на все про все осталось сорок семь минут.
В трубке повисает тяжелое молчание.
— Занимайтесь своим делом, ротмистр — враз севшим голосом распорядился генерал и отключился от связи.
Зимин поднял лицо, посмотрев на вытянувшиеся и побледневшие лица подчиненных.
— Поручик, что мы с вами еще не сделали?
— Группы захвата направлены по известным адресам. Я дал распоряжение на усиление постов. Сотня пластунов в горячем резерве, готова выдвинуться на любое направление. Узлы связи под контролем. Комендант в курсе событий. У казарм и боксов усиленные патрули. Подразделения жандармерии выдвинулись согласно боевому расписанию. Остальное за генералом, штабом и основными частями. Не наша компетенция.
— Сам объект?
— Усилен пулеметным расчетом и отделением казаков из сотни Белого.
— Тогда и нам пора. Выдвигаемся на наш наблюдательный пункт.
Экипируясь и надевая разгрузку, готовый покинуть помещение, услышал, что где-то в направлении южного сектора глухо, но отчетливо загрохотала автоматная очередь, переросшая в перестрелку. Вот кажется и началось, причем раньше времени. А буквально через пару минут протяжно и заунывно завыла сирена.
В городке то там, то сям, слышны были звуки перестрелки. Внутри стен день уже начался. С первыми лучами появившегося у самой земли кусочка солнечного диска и за стенами проснулась жизнь. В клубах уже не сильно плотного тумана, принесенного рекой, пешие подразделения янычар успели преодолеть расчищенные от растительности сектора перед бетонной полосой высоких препятствий, тихо подобраться к ограждениям. Мало того, умудрились протащить за собой штурмовые лестницы. Со стороны Новороссийского шоссе отчетливо проявились звуки гусеничной техники, траками полосовавшей и без того искалеченную дорогу. Танки! Много!
Танковая часть «на рысях» разворачивалась в построение клином. В оптику уже отчетливо можно разглядеть броневики противника, артиллерийские расчеты, мельтешившие при развертывании орудий. Далековато, но калибр пушек позволит туркам поддержать удар. Мощный стальной кулак, вот-вот ударит по объекту. Время как бы замедлило свой бег. Выплывший из-за кромки солнечный диск развеял остатки тумана.
— Гух! Гух! Гух! Гух!
Заговорили гаубицы, соблюдая очередность посылали подарки в стан русской цитадели, принося помимо звукового фона, еще и тучи повисшей пылевой взвеси, а вскоре и жирный смрадный дым. Видно попали куда! Заполыхали дома южного сектора. Там школа, комендатура, общежитие, барачное здание казармы, три дома и пара магазинов. После прошлого нападения многое пришлось восстанавливать, чинить. Сейчас плотность огня не меньше. Тяжело придется.
