Другого выбора у нас не было: только платить. Мы даже защищали Дэмиена перед специальным трибуналом, наняв для него адвокатов, чтобы сохранить его бейджик охранника. У него была судимость за нападение при отягчающих обстоятельствах и вооружённое ограбление. Он был нужен нам, чтобы управлять охраной у входа в клуб, поэтому Тони сказал судье: «Он усвоил урок,
Пол и Дэмиен сохраняли нейтралитет, когда дело касалось банд. Их работа заключалась в поддержании порядка, как у учителей, следящих, чтобы трудные дети не поубивали друг друга на площадке. Члены группировок по-прежнему могли войти в клуб, но конфликтующие банды должны были сидеть в разных углах, и насилие над персоналом строго запрещалось. Раньше бандиты, особенно обнаглев, могли совершить налёт на бар, чтобы доказать свою неуправляемость. Вдвоём или втроём они перелезали через барную стойку и уносили несколько бутылок. Если бармен пытался их остановить, то тут же получал в ухо.
Это прекратилось. Дэмиен не потерпел бы нападения на охранников. Он стоял за них горой и, если кто-то выходил за рамки, отвечал тем же. Нападения на бар тоже прекратились — после того, как Дэмиен предложил бандитам скидку на выпивку.
Этот компромисс позволил крупным шишкам покупать шампанское по себестоимости. И пока мы продавали им по дешёвке, они не воровали и не угрожали персоналу. Других пытавшихся воровать били. Бандиты из Гуча и Мосс-Сайда вели себя в Хасиенде тихо, так как вход контролировали солфордские ребята. Как я узнал, у Солфорда и Читэма были непростые отношения.
Как и в случае, когда мои друзья бухали за чужой счёт, мы раздаривали выпивку. Существует два вида плохого обращения. Друзья всё же соблюдают приличия и осторожность, но вот бандитам правила не писаны.
Изначально им нравилась движуха эйсид-хаус. Их радовали исполнители, которые заводили толпу, как Гордон «Шеф», кричавший с подиума: «Манчестер, вперёд! Солфорд, вперёд!» До того, как в клубе появились матёрые преступники, он был кумиром и заводилой Хасиенды.
Гордон был выдающимся человеком: невысокий, весёлый парень примерно моего возраста, водившийся с бандами Солфорда. Он зарекомендовал себя, устраивая вместе с братом проводил рейв-вечеринки в Манчестере. В Рочдейле они организовали действительно крупное мероприятие Joy, после чего сбежали с деньгами. Все, кроме тех неудачников, которые вложились в вечеринку, решили, что это очень смешно.
Помню, как однажды мы с Гордоном крепко нажрались. «Как я устал от Хасиенды», — мычал я. «Ну, пойдём ещё куда-нибудь. Number One?» — предложил он.
И мы очутились в этом манчестерском клубе. Сейчас он называется One Central Street и управляет им Лерой. Затем мы поехали в DeVille's, причём к тому моменту мы были уже вдрабадан и под кайфом. Особенно Гордон, так как пакетик был у него. Я приметил симпатичную немолодую женщину, с головы до ног одетую в серебристое, даже сапоги серебряные — до бедра. У неё были тёмные медно-красные волосы. Она сидела за столом с приятелем, а я глаз с неё не сводил.
«Господи, да она прекрасна», — думал я.
Вдохновлённый, я подошёл к ней и сказал: «Привет, отличный прикид».
«Ой, ну спасибо», — ответила она.
Ах, этот акцент.
«Ты из Америки?»
«Да, из Джорджии».
«А здесь что делаешь?»
«Я певица», — ответила она.
«А, ты певица. Я тоже в группе играю. А ты в какой?»
«Я пою в B-52s», — ответила она.
В этот момент нарисовался Гордон, похлопал меня по плечу и потянул за рукав. Я был в таком неадеквате, что думал замутить с этой крошкой из B-52s. Я сказал ему шёпотом: «Гордон, твою мать, не мешай».
«Хуки! Хуки! Нам нужно идти! Нужно идти!» — громко говорил он.
«Да, блин, свали на фиг!»
Тогда девушка спросила, в какой группе я играю.
И только я ответил, что играю на басу в New Order, Гордон блеванул на её сапоги.
Она закричала, а я схватил Гордона и поволок к двери. Господи Иисусе. Мы вернулись в Хасиенду. Интересно, помнит ли она этот день. Надеюсь, что нет.
