На входе в Хасиенду по-прежнему стояли огибающие квартал очереди. «Мэдчестер» отрывался по полной. Согласно опросу, сорок процентов самых модных ньюйоркцев заявили, что Манчестер — первый британский город, который они хотят посетить. Музыка развивалась. Из хауса она преобразовалась в эйсид, а затем — в гараж. В Хасиенде редко звучали самые тяжёлые варианты техно, сформировавшие «британский» саунд. Большей популярностью в Манчестере пользовались фанк и соул из других стран. Хасиенда в качестве клуба для продвинутых слушателей постепенно начинала создавать собственную нишу. С одной стороны, это было плюсом, поскольку образовывалась дистанция между клубом и продолжающимся безумным употреблением экстази на рейв-мероприятиях. С другой стороны, подвергло клуб определённой опасности, когда его пришлось адаптировать к быстро сменяющим друг друга трендам в танцевальной музыке.

Вы уже достаточно услышали о наркотиках и рок-н-ролле. Но как же секс?

Его было не так уж много. По крайней мере, у меня. Все были настолько упороты, что, вероятно, думали о сексе только дома, когда даже замочная скважина кажется привлекательной.

Я всё ещё наслаждался тусовками в Хасиенде, где мы, наевшись таблеток, танцевали на столах с кучкой долба-ных идиотов, которых я как будто бы знал, но не вспомнил бы уже на следующее утро. А будучи холостым (это были мои два года свободы до того, как я встретил свою первую жену), я тусовался с работниками Dry, охранниками Кеном и Поттси, ребятами из Swan, Полом Мейсоном и его женой Кэрен. Очень милые люди.

Буквально семь дней в неделю по пути в Хасиенду я заходил в Dry. Остальные поступали так же. Отношения между персоналом постепенно тесно переплелись; что-то имело продолжение, что-то заканчивалось ничем. Несмотря на все негативные моменты, с которыми ассоциировался клуб, я мог флиртовать с посетительницами, но в основном я там виделся с друзьями и убирался в хлам.

По большей части.

Однажды мы с приятелем Рексом заскучали и заглянули на вечеринку Jolly Roger. Там было примерно двенадцать человек, включая двух симпатичных студенток, обе были просто «в сопли». В меня вселился бес, я подозвал Рекса и сказал: «Поговори с ними».

Он начал с ними болтать и, указывая на меня, заявил: «Вот владелец клуба».

Девушка сказала: «Ой, иди ты, уверена, что вы всем это говорите».

Тут нужно заметить, что я всегда наставлял сотрудников: «Если кто-то спросит, владею ли я клубом, отрицайте это».

Как правило, я избегал рассказов о себе незнакомым людям, поскольку это отнимало слишком много времени. Ладно, эта девушка проявила интерес, и я подумал, что, если она мне поверит, вечер удастся. Мне нужен был кто-то, кто подтвердил бы мой статус.

Именно такой милый толстячок работал за барной стойкой. Он носил шляпу, это его я посылал разведать насчёт наркотиков. «Он-то за меня поручится», — думал я и сказал девушке: «Давай докажу, что я владелец Хасиенды».

Я отвёл её к барной стойке, подозвал этого парня и попросил: «Подтверди, что я владелец клуба».

«Ты не владелец».

«Да всё нормально, скажи ей, что это я».

«Нет, не ты».

«Ах ты сукин сын!»

Всё накрылось медной звездой.

Однажды наши охранники застукали меня в женском туалете. С женщиной, разумеется. Смотрелось это мило. Женский туалет был намного лучше мужского и раза в три больше. А я и не знал.

Все говорили, что, если вы хотите получить в Манчестере, нужно ехать в Ritz. Вы, вероятно, слышали про секс в ди-джейской, минеты в осветительной кабинке и про парочки, постоянно уединявшиеся по углам. Помню, как парень с девушкой совокуплялись прямо на лестнице, а народ, проходя мимо них в коктейль-бар, аплодировал.

Перейти на страницу:

Похожие книги