Эмоции взбесились. Буквально схлестнулись в противоборстве с панорамным обзором поединка в ее глазах. Когда Ася спустилась вниз, привлеченная ароматом кофе и горячих тостов, открывшаяся взгляду картина настолько потрясла ее, что на время отняла речь. Штейр в классической белой рубашке орудовал у столешницы, на которой каких-то тридцать минут назад отымел офигевшую Настю Евтееву до саднящих потертостей не только на спине. Как ни в чем не бывало раскладывал золотистые ломтики поджаренного багета на блюде, быстрыми уверенными движениями размазывал джем по их хрустящей поверхности, не боясь случайно запачкать белоснежную ткань. Эта картина настолько не вписывалась в тот формат, который Соколов выстроил между ними и о котором пытался напомнить при каждом удобном случае, что девушка замерла в дверях, неловко переминаясь с ноги на ногу.
- Не стой, кофе остынет!
Подмигнул Асе и тут же вернулся к своему занятию. Евтеева сглотнула ком в горле, ощутив новый прилив жара при виде его широкой спины, на которой едва ли не трещала облегающая рубашка. Вновь мысленно вернулась к тому, что увидела в душе совсем недавно, попыталась отвлечься, чтобы унять аритмию.
Да уж. Перевести взгляд на столешницу и кладку декоративного камня - очень удачная идея. На помощь пришло сознание, явив во всех деталях картину: Славик в их постели с той бабой... Не самый дачный отвлекающий маневр, хватило бы напоминания о Кирсановой и предстоящем рабочем дне, но что получилось, то получилось. Градус желания пополз к нулевой отметке, и Ася, поежившись, будто и правда похолодало, пригубила кофе.
-Тот, что и в клубе, - сказала, чтобы прервать неловкую паузу.
Соколов поставил на стол широкую тарелку с тостами и вазочку с фруктами. Наполнил большую чашку чаем из заварника, тем самым, с горькой ноткой полыни. Ася спрятала теплую улыбку за ободком кофейной чашечки. Все это так напоминало семейную идиллию, что она готова была позволить себе запрещенный прием в виде фантазии, которая никогда не сбудется. Почему-то в ней присутствовала еще девочка, похожая на крошку Милу, очень хотелось дорисовать в своем воображении, как Соколов поднимает на руки свою маленькую копию, смеется, делая вид, что собирается подбросить ее в воздух, улыбается счастливой Евтеевой, которая в своей фантазии будет носить уже его фамилию. Она никогда не видела этого мужчину смеющимся.
- О чем задумалась? - вроде как нейтрально осведомился Соколов. За стол садиться не стал, остался стоять у столешницы, наблюдая за Асей.
- О том, как было хорошо сегодня ночью.
Она не собиралась скрывать то, что было очевидно. Просто и бесхитростно сообщила о том, о чем он сам прекрасно знал.
- Иногда следует сломать все свои стены и выпить до дна бокал с красным вином, как бы ни пугала эта неизвестность. Собственно, вчера ты это уже сделала. Я в тебе не ошибся.
На это был способен только он - восхитить, заинтриговать и напугать одновременно. Пусть эти слова в то утро так и замерли на жесткой линии его губ, оставшись непроизнесенными, Ася все поняла. Идти дальше - не просто выйти из зоны комфорта. Шаг вперед - ломка всего, чем она жила прежде. И такая заманчивая награда впереди: роман с этим потрясающим сильным мужчиной, который сумел подобрать ключик к ее сердцу, и наконец-то шанс вырваться из клетки беспомощности и желания угодить другим. Сбросить оковы убивающей, удушающей, иссушающей связи, от которой она так и не смогла избавиться собственными силами...
Утро порадовало непривычным для февраля теплом. Ася огляделась по сторонам, пока Соколов исчез в гараже, чтобы завести машину. Массив елового леса тонул в низком тумане, неестественная тишина ласкала слух, а воздух – чистый, лишенный выхлопных газов мегаполиса, требовал вдыхать его полной грудью.
«Я бы хотела здесь жить, - осознала Ася. - Пусть даже все, что он мне сказал, уничтожит, а не возродит. Пусть от его одержимого желания я буду страдать сильнее, чем за все то время, когда его не знала. Это лучше пустоты. Пустота разрушает куда быстрее и изощреннее».
Эти мысли так и не покинули ее. Ни тогда, когда она ехала на пассажирском сиденье рядом со Штейром, стараясь не смыкать ноги - жар неудовлетворенного желания не желал оставлять ее в покое. Ни в студии эксцентричного фотографа, который передал ей материалы и игриво улыбнулся... Соколову. Хоть Ася и привыкла к подобным клиентам за годы своей работы на Кирсанову, все же не удержалась от улыбки. Это выглядело забавно: Абдулов в шотландском килте поверх дизайнерских джинсов, заигрывающий с ее спутником. Но когда Штейр изъявил желание проводить Асю в офис под предлогом того, что ему надо кое-что обсудить с Вероникой Андреевной, напряглась. Сухо попрощалась с фотографом, который предложил выпить кофе вместе (понятно, предлог, чтобы расспросить о Штейре), но отказать Соколову не осмелилась.
