– Ну, что я тебе говорил! Вдвоём спасли! Просто нужна была разница зарядов, чтобы ток потёк. А я никак своих ребят не найду. Может, он их насовсем забрал…
– К-кто, он? – Родион смотрел на врача, ожидая услышать одну из самых страшных истин в своей жизни. – Вы про дом?
– Про дом? Не-е… Мальчик… Странный такой. И шустрый. Сидишь тут, никого не трогаешь, а он сзади, тут как тут. Да ещё и листья эти его везде разбросаны… Да ты и сам в кровь вымазался в его листьях. Короче, мне кажется, что я его боюсь.
Пока они говорили, Лиля пыталась подняться со стола. Она никак не могла этого сделать, и Родион, разговаривая с врачом, наблюдал её бесполезные потуги. Причина неудачи была понятна сразу: поломанные руки и ноги.
Родион повернул голову вправо и заметил там что-то знакомое. Минуточку! Да это же чемоданчик с их гримом! Ну, конечно, там ещё скол виден, который Лёха сделал случайно, уронив его несколько месяцев назад. Эй! Стоп! Родной чемоданчик с инструментами для гримирования зомби и трупов? Родион посмотрел на Лилю и засмеялся.
– Это что, шутка какая-то? Лёха, вы решили меня разыграть? Меня? Мастера розыгрышей и грима? Человека, который придумывает почти половину всех наших историй? Ха-ха! Но какие вы получились натуральные! А как ты сделал себе лицо этого врача с фотографии? Я по глазам сразу узнал его, даже не подумал, что это ты.
Он пошёл к чемоданчику, так как, разоблачив игру друзей, успокоился. Тот стоял у стены и не вызывал никаких страхов, своим тихим ожиданием старого хозяина. Ну, точно их чемоданчик! Там и кровь искусственная есть, в которой Лилю измазали.
Отщёлкнув замки, он потянул на себя одну створку, и тут же отпрыгнул в сторону, так как из внутренностей чемоданчика полилась красная густая жидкость. Отойдя на пару шагов от знакомого предмета, он смотрел внутрь и ничего не понимал: там не было их инструментов, но там была каша из крови и мозгов, а также чья-то оторванная рука. Оглянулся назад Родион с очень плохим предчувствием, и, как оказалось, не зря. Лиле удалось перевалить своё тело набок, и она упала на пол в тот же момент, когда полные ужаса глаза Родиона уставились на неё.
Надежда ещё не покинула Родиона, и он завопил, глядя на врача, уже понимая, что он на голову ниже друга:
– Лёха, это не смешно! Ты зачем так над Гермесом пошутил! Я же тебе рассказывал, что любил его, а ты… Ты сделал его копию только для того, чтобы попугать меня? А ещё друг, называется!
На него смотрели три глаза, которые не выражали вообще никаких эмоций. Родион понимал причину этого, так как вряд ли два трупа могли хоть как-то проявить своё отношение к происходящему. Лиля, с трудом поднявшаяся на своих жутких руках, качала головой из стороны в сторону, как будто была с чем-то не согласна. Затем, её некогда красивый, но теперь страшный рот изобразил лёгкую полуулыбку, и губы издали булькающий от крови звук. Голос нёс слова, от которых Родион пугался всё сильнее, жалея, что уже успел опорожнить мочевой пузырь.
– Родион, подойди ко мне. Обними и поцелуй, ведь ты же хочешь этого? Ты хочешь меня, Родион? Мы не скажем Лёше. Зачем ему знать? А я так хочу твоего тепла и ласки! Да, тепла… ведь здесь так холодно! Поцелуй меня, сделай девушку счастливой!
Она попробовала повращать языком, но тот кусок, что остался от него, очень плохо повиновался. В результате Лиля с трудом засунула его снова в свой разломанный рот и опять попробовала улыбнуться. Родион подумал, что если бы ему приснилась такая улыбка ночью, то он вряд ли бы уснул до утра. Сможет ли он теперь спать после всего увиденного или нет? Да и выберется ли он отсюда живым, чтобы хоть предпринять попытку для этого сна?
Он перевёл взгляд на врача и увидел, что тот снова улыбается. Он рассматривал Лилю и водил ногтем по операционному столу. Когда девушка попробовала ползти в сторону Родиона, врач посмотрел на своего гостя и заговорил, обращаясь к нему:
– Чего ждёшь? Иди к ней! Может, она твоя судьба? Тем более, она сама тебя зовёт. Как там, в песне: «если женщина просит…». Могу оставить вас здесь, предоставив в распоряжение эту комнату. Он смотрел выжидающе на Родиона, и тот, найдя глазами дверь, начал отходить к ней спиной. Хорошо, что она была почти позади него, и никаких лишних действий делать не пришлось.
Врач, заметив его намерение, пнул Лилю по ноге и сказал, обращаясь уже к ней:
– Шевелись, давай. Видишь, уходить твой жених собрался.
С этими словами он пошёл в сторону Родиона, но тот уже нащупал рукой дверь за спиной и потянул её на себя. Дверь послушно поехала навстречу, и Родион быстро, хоть ноги и не слушались, проскользнул в образовавшуюся щель. Здесь его ждал сюрприз, а если точно, то и не один. Тем более что врач успел удержать дверь, и теперь к ней приближалась та, в ком Родион признал несколько минут назад Лёшину подругу.
* * *
Лиля смотрела из одной комнаты в другую, сначала даже не поняв, что комната за дверью не похожа на ту, из которой она заходила. Да и как она могла понять это, если все мысли были заняты ребёнком, стоящим прямо перед ней.
