У Линуса был не очень хороший опыт лесных прогулок в Хинсидесе. В прошлый раз, когда он посетил местный лес, двое из трех встреченных им существ пытались съесть его. И все-таки тот лес выглядел намного приятнее этого.
Огромные деревья выстроились перед ним стеной. Серая кора покрывала толстые, извилистые стволы, темные листья создавали плотную завесу. Дневной свет почти не проникал сквозь необъятные кроны деревьев, и снаружи в лес не заглянешь – видны одни только темные тени. Но хуже всего запах. Из зарослей тянуло гнилью, будто лес тяжело болел.
Мальчик вновь посмотрел на компас, надеясь, что стрелка сменит направление. Но нет, направление на восток не менялось, и идти полагалось прямо через воняющий лес.
Линус огляделся вокруг. По одну сторону лес исчезал за горизонтом, по другую – гигантской волной огибал подножие горы.
– На обход уйдет несколько дней, – с горечью пробормотал он, поправив венок-переводчик на голове. – Да и гора немногим лучше – там, на высоте, холода не избежать.
Даже на равнине было холодно, особенно по ночам. С тех пор как Линус открыл Дверь, прошло уже двое суток. На ночлег он укладывался под защитой каменистых курганов, попадавшихся на равнине. Радовался, что Лионора разобралась с Ночными стаями – разбойничай они как раньше, он бы так далеко не продвинулся.
Мальчик вздохнул. Сомнения были ни к чему. Скоро начнет смеркаться, и чем больше он успеет пройти до темноты, тем лучше. Если в ближайшее время он не нагонит Лионору, начнет голодать. Запасы провизии подходили к концу, а как добывать еду в условиях дикой природы, и тем более – в Хинсидесе, где всё так или иначе кажется опасным, Линус не представлял.
Он подтянул ремни рюкзака, сделал глубокий вдох и тут же закашлялся от залетевшего в горло пепла. Затем двинулся в путь, зашагав между деревьями.
Воздух сразу изменился, став удушающе тяжелым. Под ветвями запах усиливался, и пришлось закрыть ладонью нос. Землю покрывал влажный мох, местами такой глубокий, что Линус проваливался по щиколотку. Во мху росло множество серо-бурых грибов, некоторые из них плотно прилеплялись к шероховатым стволам. Пепла мальчик не заметил. Наверное, он не проникал сюда из-за листвы, как и дневной свет.
Линус осторожно прокладывал себе путь по лесу. Он держал компас в руке – здесь ему точно не хотелось бы заблудиться. Что-то было не так с этим местом. В первую очередь настораживал запах, но еще закрадывалось ощущение, что лес болен. Быть может, из-за тишины? Линус не слышал ничего, кроме собственного дыхания, разве что сучок хрустнет изредка под ногами. Ни птичьих трелей, ни шорохов мелких животных, ни жужжания насекомых. Ни один лист не шелохнется. И даже ветра не слыхать.
Становилось все темнее. Казалось, будто здесь смеркалось быстрее, чем на равнине. Или из-за странной тишины время воспринималось по-другому?
Внезапно Линус уловил другой, хорошо знакомый запах и тут же остановился. Несмотря на вонь, он почувствовал запах дыма! Должно быть, странники разожгли костер! Вдруг ему повезет и окажется, что это Лионора с компанией остановилась на ночлег? Мальчик ускорил шаг, но старался передвигаться очень тихо. Вскоре меж стволов показался свет от костра. Линус остановился: если прислушаться, услышишь голоса. Прямо перед ним располагался небольшой холм, и он постарался забраться на него, а чтобы не поскользнуться на заросшем мхом склоне, держался за ветки упавшего дерева. Мальчик осторожно выглянул из-за вывороченных корней. Костер горел приблизительно в двадцати метрах от него на дне круглой ложбины. Только он был значительно больше, чем Линусу показалось вначале. Десяток существ сидели у огромного костра, но Лионоры среди них не оказалось. Кто-то из компании бросил в огонь блестящий порошок, и пламя на мгновение окрасилось в фиолетовый цвет. Другой швырнул змеевидное растение с шипами, которое вначале стремительно взмыло вверх, а потом сморщилось и превратилось в угли.
Некоторых из существ Линус узнал. Там были Ингалы – трудолюбивые каменотесы, которые построили Сантиону, занимались ее ремонтом и благоустройством. Другие напоминали Красное перо: вместо волос их головы покрывали длинные перья. Остальных существ он прежде не встречал. У некоторых на теле росла шерсть седоватого оттенка, а вдоль плеч и спины торчали остроконечные шипы. Они окружили костер плотным кругом. У каждого за спиной стояли ведро или лохань, полные воды.
– Поддайте огня! – кричало существо с серыми перьями вместо волос. – Подносите еще поленья! Чтобы рожденный в огне стал сильным, пламя должно быть мощнее!
Его голос напоминал воронье карканье.
Один из Ингалов приковылял к костру. В руках он нес что-то похожее на черного головастика величиной с апельсин. Головастик извивался и кричал. Линус понял, чем это закончится, и предпочел зажмуриться. Послышался пронзительный свист, как от свистка. Когда мальчик открыл глаза, Ингал стоял с пустыми руками.
– Что происходит? – прошептал он сам себе. – Зачем мне к ним подходить?
Серое перо поднял что-то похожее на череп. Из глазниц торчали сухие травы.
