Немного расслабившись, мальчик сел на землю. И что ему теперь делать? Вдруг Лионора ранена? Да и вообще жива ли она? Может, поэтому сестра и не встретила его? Он зажмурился и отогнал прочь эту мысль. По словам Вильхельма, выжившие горожане направлялись на восток. Лионора точно должна быть среди них.
Линус достал из рюкзака компас и проверил стороны света. «Если, конечно, компас в Хинсидесе действует», – задумался он.
– Мне придется довериться тебе, больше ничего не остается, – сказал мальчик компасу.
Он надел на спину рюкзак и, настороженно оглядываясь через плечо, поспешил в путь, на восток.
Сотни огней зажглись на Горе железного молота. Колонна беженцев разбила лагерь в узком, вытянутом горном ущелье. Над ними возвышались скалистые стены. Огни горели яркими точками в темноте. Народу пришлось рассредоточиться по растянувшемуся на большое расстояние лагерю, что у многих вызывало волнение. Храмра пыталась успокоить их и, разделив лагерь на равные участки, на каждом выставила охрану.
Лионора сидела у костра. Ее взгляд скользил вслед за танцующими в темноте искрами. В горах было холодно. Не мерзли только те, кто сидел близко к огню. Почти никто не успел взять с собой одеяла и теплые вещи. Многие нехотя разжигали огонь, поскольку он напоминал им об ужасах, пережитых в Сантионе. Лионора легко могла понять их, в ее сердце тоже поселился страх. Однако Храмра уговорила беженцев. Тепло требовалось в первую очередь детям.
Девочка взглянула на вершину утеса и простиравшееся над ней небо. Луны затянуло облаками. Она с трудом могла рассмотреть что-нибудь вокруг, но вот различила очертания нескольких Стражниц. Они сидели на корточках, почти невидимые в темноте, и наблюдали за раскинувшимся внизу лагерем.
Подул ветер, и Лионора почувствовала странный запах. Повеяло гнилью. Неужели этот запах принесло из Серого леса? До него отсюда очень далеко. Девочка подумала о беженцах, ушедших в лес: живы ли они? Они грозились победить Устрашающий огонь Старой Магией. Лионора не понимала, о чем они говорят, зато Храмра знала и уверяла, что их попытки будут напрасными.
– Старая Магия, – бормотала она и рассеянно отмахивалась, да так мощно, что обожженные поленья подскакивали в костре и огонь, потрескивая, разгорался с новой силой.
Лионора рассматривала свою руку. Она знала наверняка только одно: ее собственных магических способностей для победы над Устрашающим огнем недостаточно, и к тому же они внезапно ослабли. Девочка даже не смогла остановить стрелу Лелима. Такого раньше не случалось, по крайней мере, когда ее жизни что-то угрожало.
Это пугало Лионору, но она никому не призналась, даже Храмре. Народ рассчитывал на ее защиту. Если пойдет слух, что магические силы девочки убывают… возникнет паника.
– Ну нет, – тихо произнесла она. – Я сама должна найти решение, пока не поздно.
– Какое решение? – послышался рядом голос, и Лионора вздрогнула.
Она не заметила, как подошла Залеа.
– Извини, – сказала она, шагнув к костру. – Я не хотела испугать тебя.
– Ничего страшного, – улыбнулась Лионора.
Сердце отчаянно стучало в груди. Теперь ее, оказывается, и испугать легко!
Залеа была одета в коричневые кожаные доспехи и широкие темно-красные брюки – грязные и потрепанные, как одежда всех давно странствующих беженцев.
– У тебя озабоченный вид, – заметила Залеа, присаживаясь на корточки у костра. – Могу ли я чем-то помочь тебе?
Лионора взглянула на собеседницу. Она долго колебалась, не рассказать ли все как есть, ведь стало бы намного легче.
– Я… – начала было девочка, но остановилась, почувствовав новый порыв ветра. Он опять принес с собой запах падали.
По спине пробежала дрожь.
Нет, Серый лес тут ни при чем, это что-то другое.
– Пойдем, – сказала Лионора, поднявшись.
Она щурилась, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте. Запах не ослабевал, а, наоборот, будто приближался к ним.
– Что это? – прошептала Залеа, схватившись за рукоятку листовидного кинжала. – Ты что-нибудь видишь?
Лионора покачала головой.
– Да нет, – ответила она. – Но я бы хотела осмотреть ущелье за лагерем. Нам надо знать, какой путь завтра выбрать.
Девушки шли мимо костров, здороваясь со жмущимися поближе к теплу беженцами. Дети спали на руках у родителей. Все хранили молчание. Лионора заметила их бледность – она знала, что все они голодают.
Народ уважительно кивал, когда она проходила мимо.
«Они рассчитывают на меня, – думала девочка. – Рассчитывают, что я смогу спасти их. Знали бы они только…»
На окраине лагеря Лионора вновь ощутила запах. Он был настолько сильным, что к ней стала подступать тошнота.
– Ты чувствуешь? – спросила она Залеа.
– Да, – отвечала та, зажав нос. – Откуда такая вонь?
– Не знаю, но мы не можем вести сюда народ, не разобравшись. Ты бывала раньше в этих местах?
Залеа кивнула, замахав своими алыми перьями.
– Не раз. Правда, очень давно. Мы с Улькаром здесь проходили. В одном из туннелей устроил себе гнездо Награль. Мы выгнали его, но он мог вернуться назад.
