Хирургический выбор полностью

Ей также вспомнился рассказ о жене. И слова о том, как его поддерживала жена в трудную минуту. Даниэла тогда даже не обратила внимания на его фразу: «Как ты это делаешь сейчас…» Вспомнив эти слова, она замерла, широко раскрыв глаза. Непонятно с чего ожившая надежда робко расправила крылья. Сердце не на шутку разволновалось.

– Даниэла! – раздался мужской голос, и, вздрогнув от неожиданности, она подняла голову и увидела спешащего к ней Леонардо. – Рад тебя видеть, cara! Какими судьбами?

Пока Джерардо пребывал в больнице, они перешли на неформальное дружеское общение, и Даниэла тепло улыбнулась в ответ.

– Я хотела увидеть Джерардо. Его нет? – спросила она, затаив дыхание.

– Он на месте, – понижая голос, сообщил Леонардо. – Просто именно я общаюсь с посетителями и решаю конфликтные ситуации, потому зовут в первую очередь меня.

– Понимаю… – кивнула Даниэла и, быстро схватив чашечку, сделала глоток. От предвкушения встречи ее волнение в груди зашкаливало.

– Я провожу тебя к нему, – улыбнулся Леонардо.

Еще за три глотка Даниэла допила кофе и порывисто встала. Они направились к двери, ведущей во внутренние помещения, затем поднялись по лестнице – и Леонардо распахнул дверь кабинета. Даниэла будто к полу приросла, боясь переступить порог.

– Джерардо, к тебе гостья, – сказал Леонардо весело.

Даниэле ничего не оставалось, как передвинуть налившиеся чугуном ноги и переступить порог.

Джерардо сидел за большим письменным столом, на котором в беспорядке лежали бумаги, и работал за компьютером. Он повернул голову и посмотрел на посетителей рассеянным взглядом. Потом лицо его вытянулось, в глазах зажегся какой-то странный огонек. Джерардо застыл, глядя на Даниэлу, не дыша, не шевелясь.

– Надеюсь, ты узнал свою спасительницу? – вернул его из ступора голос Леонардо.

Джерардо встрепенулся и, взяв себя в руки, сдержанно улыбнулся.

– Конечно. Чао, Дани! Рад тебя видеть! – произнес он, вставая из-за стола. В голосе звенело волнение, как бы ни пытался он скрыть его.

– Я оставлю вас, – сказал Леонардо и тактично удалился.

Джерардо старался удержать улыбку, но она ускользнула. Он впился в Даниэлу тревожным взором.

– Что-то случилось? – спросил он напряженно.

– Cazzo… – прошептала Даниэла, опуская глаза.

– Что… такое?! – запинаясь, произнес Джерардо.

– Если бы ты только видел, как вытянулось твое лицо при моем появлении, – с невыносимой горечью произнесла она. – За что ты ненавидишь меня?

– Ты спятила?! – горячо воскликнул Джерардо. – Я всего лишь испугался… – начал он, но замолчал, не в силах закончить фразу.

– С твоей дочерью все в порядке, – сообщила Даниэла.

Джерардо с трудом сдержал вздох облегчения. Потом спросил:

– Тогда почему ты здесь?

– Через неделю кесарево.

Джерардо провел рукой по волосам. Даниэла заметила, как дрожат его пальцы.

– Хочешь кофе? – вдруг предложил Джерардо. – Присаживайся, я попрошу принести, – добавил он и поспешно набрал короткий внутренний номер, не дожидаясь ее согласия. Заказав кофе, он снова взглянул на Даниэлу: – Как поживаешь? Мы совсем не общались…

– Ясное дело, я так замучила тебя своей заботой, что ты исчез, четко дав мне понять, чтобы я оставила тебя в покое, – проговорила она язвительно. Даниэла себя не узнавала и не могла понять, почему разговаривает с ним в таком тоне. Но его вытянувшееся лицо при ее появлении породило в ней неукротимое чувство обиды.

– Это неправда, – жестко возразил Джерардо, упрямо глядя на нее.

– Разумеется…

– Ты не можешь этого понять, Дани.

– По-твоему, я тупая?

– Сегодня ты очень резкая, – усмехнулся он. Потом снова стал серьезным. – Это сложно объяснить. Да, я мучаюсь чувством вины из-за того, что наше общение прервалось после всего, что ты для меня сделала… Я пожизненно буду благодарен тебе…

– Mettiti la tua gratitudine nel culo44! – прошипела Даниэла. К глазам подступили слезы.

Джерардо опешил. Он пораженно воззрился на нее.

– Не ожидал такой грубости от тебя… И вообще такого поведения от…друга.

– Я не друг тебе, ты это ясно дал мне понять. Я для тебя лишь медик, бессердечный и жестокий.

– Неправда!

– Неужели? Слышал, как ты споткнулся перед словом «друг»? – с издевкой спросила Даниэла. Потом шумно и обессиленно выдохнула, осознав, как глупо себя ведет. Надо было извиниться за срыв. – Впрочем, ладно… – произнесла она смиренно. – Я не должна была так разговаривать с тобой. У меня просто в последнее время нервы сдают. Эта ситуация с твоей дочерью экстраординарная. На мне лежит колоссальная ответственность, я тоже переживаю, – попыталась она оправдаться. – Извини меня.

– Потому что не существует дружбы между мужчиной и женщиной… – медленно произнес Джерардо, пропустив ее последние реплики мимо ушей. – По крайней мере, близкой дружбы.

Даниэла не сразу поняла эту фразу, сказанную, на первый взгляд, совсем невпопад. Но потом удивленно изогнула бровь, в ее интонацию вернулись саркастичнее нотки:

– Что ты об этом знаешь? С твоей-то замкнутостью.