Элио хлопал глазами, недоверчиво глядя на дедушку, а Алессио, усмехнувшись, обвел взглядом помещение. От каменных стен почему-то веяло умиротворением и покоем. Ему даже захотелось присесть на деревянные лавки, прислониться головой к священным стенам, прикрыть веки и отдохнуть. В его жизни почти не было таких спокойных минут, а он очень нуждался в отдыхе.
Он приподнял веки и встретился взглядом с серыми глазами Лилианы. Она задумчиво созерцала его, не замечая, что смотрит в его синие глаза. Так они и застыли на несколько мгновений, будто пытаясь заглянуть в душу друг другу. На миг весь мир куда-то исчез, остались только они, убаюканные необъяснимым покоем, снизошедшим на них…
– А теперь пойдемте, я покажу вам дом родителей Франческо, – ворвался в их молчаливый диалог приглушенный голос Сальваторе.
Алессио и Лилиана сильно вздрогнули и разорвали зрительный контакт. Когда Алессио перевел взгляд на старика, то даже покраснел: тот испепелял его таким взором, будто только что прочитал его непристойные желания. Хотя у Алессио в голове таковых не имелось. Его вообще разом покинули все мысли.
Выйдя на улицу, все четверо сделали всего несколько шагов и оказались у крутой лесенки, поднимающейся под арочный свод. Это был крепко построенный каменный дом, приютившийся в тихом полутемном дворике. Взору предстала неровная полукруглая дверь, расположенная слева от лестницы. Она была довольно узкой, скрытой в тени, а поверхность ее покрывал барельеф, раскрывающий эпизод из жизни святого.
– Здесь и прожил Франческо первые двадцать четыре года своей жизни, – послышался снизу голос Сальваторе. Как оказалось, он не стал преодолевать немногочисленные ступеньки.
– Вы нам расскажете, как сложилась его дальнейшая жизнь, и какие чудеса он совершил? – спросил Алессио.
– Не сейчас… – Сальваторе отрицательно мотнул головой. – Для этого нам нужно отправиться в базилику
– Да, вы правы, – согласился Алессио, посмотрев на часы, а затем подал руку Лилиане, помогая спуститься, за что удостоился одобрительного взгляда ее отца.
Элио снова взял Алессио за руку, и они, пройдя под живописной аркой, украшенной барельефом, расписанным сочными красками, вернулись на оживленную улицу. Почему-то Сальваторе снова повернул направо, и вскоре они вновь оказались на залитой закатным солнцем
Элио кинулся к парапету и принялся карабкаться на него. Лилиана испуганно вскрикнула и собралась броситься за ним, но Алессио оказался быстрее. В считанные мгновения он достиг Элио и помог взобраться на каменную стену. Усадив мальчика, он упер руки в парапет по обе стороны от Элио, а тот обхватил его ручками за шею и прижался нежной бархатной щечкой к его небритой щеке, повернув лицо к солнцу. Они устремили восторженные взоры на оранжевый диск, повисший сбоку от кампанеллы базилики. Лучи окрасили рыжим цветом черепичные крыши домов, столпившихся вокруг древней церквушки.
– Как красиво… – тихо проговорила Лилиана, останавливаясь возле них и глядя на закат.
Алессио покосился на нее, а Элио протянул ручку, призывая маму разделить их мужское объятие. Лилиана застенчиво посмотрела на Алессио, и ресницы ее взволнованно затрепетали. Алессио не был в состоянии сопротивляться искушению. Он тоже поднял руку, раскрывая ей объятие. Она несмело приблизилась к ним и оказалась в теплых и крепких мужских руках.
– Ах, как хорошо-то… – раздался надтреснутый голос.
Алессио вздрогнул и отстранился. Сальваторе стоял сзади и смотрел на солнце, купающее Ассизи в своих теплых вечерних лучах. На губах его играла счастливая умиротворенная улыбка.
Именно в этот лиричный момент Алессио почувствовал в кармане вибрацию, разжал объятия и достал смартфон, чтобы прочитать сообщение.
«
Сердце мучительно билось в груди. У Алессио было такое чувство, словно на него неожиданно вылили ведро ледяной воды. Пьянящая радость и легкость моментально куда-то исчезли, будто из прекрасного яркого сна он внезапно провалился в серую реальность. Но что его удручало больше всего – что именно сообщение от любимой женщины стало этим ведром ледяной воды, этой серой реальностью.
– Куда пойдем ужинать? – спросил Сальваторе.
Алессио поднял голову. Три пары глаз с надеждой смотрели на него. Алессио нервно сглотнул.
– Прошу прощения, но мне нужно вернуться домой, – сказал он сдержанно.
– Ты не пойдешь с нами ужинать?! – чуть не плача спросил Элио. Ему на глаза в самом деле навернулись слезы.
Алессио перевел взгляд на Лилиану. В ее серых глазах читалось разочарование и сумасшедшая печаль, будто она вдруг догадалась, что Алессио не свободен.
