— Понял вас, — усмехнулся Камбр. — А я, чтобы продемонстрировать добрую волю, не позвал никого из моих парней присоединиться к нам. И сам я не вооружен.
Он показал руки, потом распахнул куртку, чтобы подтвердить это. Правда, позади за поясом у него был заткнут один из новомодных колесцовых пистолетов, изготовленных Фэллоном в Глазго. Это было изумительное изобретение, но чудовищно дорогое, и только поэтому оно пока еще не распространилось широко. Стоило нажать на курок, и тут же поворачивалось стальное колесико в зарядном замке, и ударник из железного колчедана посылал фонтан искр на порох. Это оружие обошлось Буззарду больше чем в двадцать фунтов, но оно того стоило, потому что ему не нужен был тлеющий фитиль, выдающий положение стрелка.
— Чтобы показать вашу собственную добрую волю, мой дорогой Кристофер, не будете ли вы любезны придержать своих людей в сторонке и лично присмотреть за ними?
Шли они недолго и скоро очутились на небольшой площадке, где песок заранее разровняли, а нужное место обнесли канатами. В каждом из четырех углов стояли бочонки.
— Двадцать шагов — каждая сторона, — сообщил Камбр Луэллину. — Вашему человеку достаточно места?
Уинтертон осмотрел квадратную площадку и коротко кивнул.
— Нас это вполне устроит, — ответил за него Луэллин.
— Придется немного подождать, пока станет светлее, — сказал Камбр. — Мой повар приготовил на завтрак горячие бисквиты и вино с пряностями. Не желаете ли?
— Спасибо, милорд. Немного вина было бы кстати.
Стюард принес им дымящиеся кружки, и Камбр сказал:
— Если вы не против, я схожу за моим доверителем.
Поклонившись, он ушел по тропе за деревья, а через несколько минут вернулся с полковником Шредером.
Они остановились у дальней стороны огороженного квадрата, тихо разговаривая. Наконец Камбр что-то спросил у Шредера, кивнул и подошел к ожидавшим Луэллину и Винсенту.
— Думаю, света уже вполне достаточно. Вы согласны, джентльмены?
— Можем начинать. — Луэллин напряженно кивнул.
— Мой доверитель предлагает к осмотру свое оружие, — сказал Камбр и протянул эфесом вперед меч Нептуна.
Луэллин взял его и повернул инкрустированное золотом лезвие к утреннему свету.
— Замечательная работа, — небрежно произнес он. — Эти обнаженные женщины весьма кстати были бы в публичном доме. — Он коснулся гравированных морских нимф. — Но по крайней мере, клинок не отравлен, и длина соответствует клинку моего доверителя.
Он приложил мечи друг к другу, сравнивая их, потом протянул Камбру меч Винсента для осмотра.
— Вполне подходит, — согласился тот и вернул оружие.
— Раунды по пять минут и до первой крови? — спросил Луэллин, доставая из кармана жилета золотой хронометр.
— Боюсь, с этим мы не можем согласиться, — покачал головой Камбр. — Мой доверитель желает биться без перерывов, пока один из них не попросит пощады или не будет убит.
— Боже правый, сэр! — взорвался Луэллин. — Это чудовищно!
— Если ваш человек дрожит, как щенок, то ему незачем было соваться в волчью стаю, — пожал плечами Камбр.
— Я согласен! — вмешался Винсент. — Будем биться насмерть, если этого желает ваш голландец.
— Да, сэр, он желает именно этого, — заверил его Камбр. — Мы готовы начать, если вы готовы. Подадите сигнал, капитан Луэллин?
Буззард ушел к своему углу и в нескольких коротких фразах объяснил правило Шредеру. Тот кивнул и нырнул под веревку барьера. Тонкая рубашка с открытым воротом на его торсе позволяла видеть, что на нем нет кольчуги. Традиционно именно блестящий белый хлопок позволял противнику видеть следы нанесенных ударов, потому что там выступала кровь.
На противоположной стороне квадрата Винсент расстегнул пряжку своего плаща и уронил его на песок. Он был в такой же белой рубашке. Держа в руке меч, он легко перескочил канат и шагнул навстречу Шредеру.
Мужчины размялись, сделав по несколько легких выпадов, и их клинки запели и засверкали в утреннем свете.
— Вы готовы, полковник Шредер? — через несколько минут крикнул Луэллин со своего места у каната, высоко подняв красный шелковый платок.
— Готов!
— Вы готовы, мистер Уинтертон?
— Готов!
Луэллин бросил платок. Моряки «Чайки Мори», стоявшие поодаль, негромко заворчали.
Два фехтовальщика начали кружить друг возле друга, осторожно сближаясь; острия мечей описывали легкие круги.
Внезапно Винсент прыгнул вперед, метя в горло Шредера, но Шредер легко отбил удар, блокировав клинок. На одно долгое мгновение противники молча застыли, глядя друг другу в глаза. Возможно, Винсент увидел смерть в безжалостных глазах стоявшего напротив мужчины, почувствовал сталь его запястья, потому что он не выдержал первым. Когда он отпрянул, полковник ринулся за ним, стремительно и легко действуя мечом, сверкавшим, как солнечный луч.
