Поддавшись внезапному порыву, Жан отбежал к краю площадки, футов на пятнадцать от манекена. Между ним и мишенью колыхалась серая завеса дождя, поэтому он весь собрался, сосредоточился… а потом шагнул вперед и метнул топорик, вложив в бросок всю силу руки и корпуса. Лезвие с глухим стуком врезалось в голову куклы и намертво застряло в слоях кожи.
– Ух ты! – сказал дон Маранцалла. В мутном небе снова блеснула молния, и над крышей раскатисто громыхнул гром. – Ничего себе! Ну вот мы и обнаружили в тебе замечательные задатки, которые станем развивать.
В темноте под Гулкой Норой Жан Таннен порывисто двинулся с места еще прежде, чем бочка рухнула в черную воду, слабо освещенную красноватыми отблесками факелов.
Под древним каменным зданием находилась решетка подвесных балок из ведьмина дерева, связанных между собой канатами из Древнего стекла. От времени балки покрылись толстым слоем слизи и мерзкими наростами плесени, но нисколько не утратили своей прочности, не уступавшей прочности камня, из которого были сложены стены Гулкой Норы.
Водопад низвергался с крыши в один из множества подземных каналов, образовывавших настоящий лабиринт. В иных вода текла спокойно, гладкая как стекло, в других бурлила и пенилась, точно на речных порогах. По углам балочной решетки медленно вращались колеса и еще какие-то диковинные устройства, которые Жан быстро осмотрел при свете маленького алхимического шара, прежде чем устроиться для долгого ожидания. Клоп, по понятной причине не желавший далеко отходить от старшего товарища, примостился на балке футах в двадцати слева от него.
В каменном полу Гулкой Норы имелись загадочного назначения сквозные квадратные отверстия размером два на два дюйма, расположенные в случайном порядке. Жан разместился под одним из них, поодаль от грохочущего водопада, чтобы хоть как-то слышать голоса людей наверху.
Что там происходило, он не вполне понимал – но по прошествии мучительно долгих минут, когда красный свет факелов усилился и капа Барсави заговорил с Локком, тревога Жана переросла в ужас. Потом послышались крики, проклятия, топот тяжелых башмаков – и ликующий рев толпы. Ну все, Локка схватили. Где же чертов маг?
Жан торопливо пополз по балке, напряженно высматривая кратчайший путь к водопаду. От балок до края каменной расселины, куда обрушивается вода, будет добрых пять-шесть футов, но, если держаться в стороне от падающего потока, он сумеет выбраться наверх. Кроме того, это самый быстрый путь – и единственный. В тусклом красноватом свете, проникающем сквозь отверстия в полу, Жан обернулся и знаком велел Клопу оставаться на месте.
Сверху снова донесся торжествующий вой толпы, а затем – громкий голос капы: «Теперь бросьте этого выродка туда. Пускай плывет себе в море».
В море? Сердце у Жана бешено заколотилось. Они что, уже перерезали Локку глотку? Жгучие слезы подступили к глазам при мысли, что сейчас он увидит бездыханное тело, падающее в пенистых струях водопада, – бездыханное тело во всем сером.
Однако в расселину сбросили бочку – громадную черную бочку, которая с громким плеском рухнула в черный канал под водопадом, взметнув мощный фонтан брызг. Жан дважды моргнул, прежде чем сообразил, что это значит.
– О боги… – пробормотал он. – Месть той же монетой! Чертовски поэтично со стороны Барсави!
Очередной взрыв ликования наверху, тяжелый топот ног, звон оружия. Барсави что-то орал, надсаживая глотку, толпа дружно вопила в ответ. Потом тусклые лучики красноватого света, пробивавшиеся сквозь отверстия в полу, начали постепенно меркнуть и гаснуть. Люди Барсави покидали Гулкую Нору, и Жан решил попытать счастья.
Внезапно послышался еще один всплеск, ясно различимый даже сквозь оглушительный рокот водопада. Жан достал из-за пазухи алхимический шар, слегка встряхнул, и в темноте расцвела бледная белая звездочка. Крепко держась одной рукой за мокрую балку, Жан швырнул светильник в канал футах в сорока справа, куда должно было отнести бочку. Шар плюхнулся в воду и завис у самой поверхности, тускло освещая каменные стенки канала, имевшего не более восьми футов в ширину, и тяжело покачивающуюся бочку, погруженную на три четверти.
По каналу с шумным плеском двигался Клоп по грудь в воде. Алхимический шар упал футах в трех от него.
Черт, маленький поганец сиганул в канал по собственному почину! Похоже, он просто от природы не способен долго оставаться там, откуда можно спрыгнуть.
Жан лихорадочно огляделся вокруг: ему потребуется добрая минута, чтобы добраться до места, с которого он сможет бухнуться в нужный канал, не переломав ноги о каменные перегородки.
– Клоп! – проорал Жан, рассудив, что люди наверху его голоса не услышат из-за своего же гвалта. – Твой светильник! Достань живо! Локк в бочке!
Клоп торопливо вытащил из-за пазухи белый шар и тряхнул. В соединенном свете двух алхимических светильников Жан ясно разглядел очертания черной бочки. Он прикинул расстояние, принял решение и свободной рукой потянулся за одним из своих топориков.
