- Я так и планировал - приехать домой, посадить ее перед собой и все выложить подробно и поэтапно. Последний рывок, последнее усилие… я сбрасывал ее звонки - бесила такая настойчивость и непонятливость. Объяснил бы и убедил, конечно. Но судьба… стало плохо ее матери, скорая стояла в пробке, а я сбрасывал… Нервничал, психовал - и авария. Небольшая, но подушками помяло ребра мне и клиентке, потом госпитализация, понятно. Когда собрался звонить домой, тещи уже не стало. Не думаю, что мое присутствие спасло бы ее, но тут уж… Вот так и разбежались.
- А проблема той женщины была решена?
- Да.
- Обидно.
- Глупо, скорее. Нужно уметь правильно расставлять приоритеты. Мужское эго превысило здравый смысл. Казалось - дело принципа, даже чести… Я думал о себе. Каково Майе - даже не пытался, знал, что беспокоиться ей не о чем, считал - глупая ревность и женская дурь. Вам чуть легче сейчас… Марина занята детьми, соперника на горизонте не наблюдается. А там был… Майя давно нравилась нашему приятелю. И не знаю уж - назло мне или тоже симпатия, но сейчас у них семья, мои дети живут с другим мужчиной. Отцом не называют, меня любят, но это совсем не то, согласитесь?
- Не то - соглашусь, - отставил Влад тарелку, - может все-таки спиртное? По сто грамм хорошего коньяка? Оставим машины здесь, переночуем у меня - снимаю квартиру здесь рядом и раскладывается удобное кресло…
- Заказывайте. Все-таки самураи не были дураками - если уж возникла потребность во всех этих… почтительности, тишине и покое, то саке, как составляющая…
-… уважение и почтительность точно гарантировало бы, - усмехнулся Влад.
Они еще посидели - чуть больше часа, потом прошлись до дома пешком - километра два всего. Добавили еще дома, на кухне. Быстро уснули потом, устроившись на удобных постелях…
Среди ночи, правда, Влад проснулся и тихо ушел на кухню пить минералку, а потом и чай - сушило, перебрал. Долго сидел там, анализируя разговор с доком - он тоже больше думал о себе, забывая, чего стоило Марине согласиться на его помощь. После нанесенной им обиды, ломая свою гордость, пойти на серьезные уступки. А он хотел решить дело своего рода подкупом, доказав свою незаменимость и готовность на все для нее. «Все» оказалось не настолько большим - подвозить куда надо, покупать продукты. Марина ела, как мышка, так что…
Теперь в копилку капнула французская решетка на окнах дома и надежно запирающиеся ворота. А еще та женщина и ее взрослый сын, что нашел по его просьбе Вадим - погорельцы, которых приютил монастырь. Парень будет мелькать у дома, помогая когда нужно - Влад оставил ему свою машину, выписав доверенность. Все равно старенькая тачка не вариант для успешного адвоката. Он уже взял в кредит более приемлемый вариант.
Мать Андрея поможет по дому… если Марина согласится, конечно - хотя бы на тот период, пока парень ищет работу и как-то налаживает их жизнь. Вариант, который предложил Вадим - сдавать им Маринину квартиру, был бы идеален. Тогда не пришлось бы оплачивать саму работу.
И ему было бы легче, спокойнее… будто все продумал. Кроме подхода к воде, но это действительно терпит.
Даже с Баркановым продумал. Осенило вдруг… прямо во время разговора с клиентом тюкнуло вдруг в голову - а как поступил бы он сам, если бы совершил глупость, ошибку? А это так, потому что Барк, судя по всему, дорожил семьей. Жена, ребенок… Влад узнавал специально - хорошая, крепкая, на первый взгляд, семья. А как уже там на самом деле, если дошло до детей на стороне…? Но если бы говнюк был в них заинтересован, то сделать тест ДНК с его возможностями - вообще не проблема. Значит, он неспокоен в отношении того, не станут ли эти дети, если они вдруг его, проблемой для его семьи. Он, Влад, тоже постарался бы закрыть вопрос… да любой мужик предпочел бы предельную ясность. Барк поступил так, как и предположил Влад - узнал дату выписки и просто смотрел, делая выводы. Нет, сам Влад сделал бы иначе, потому что у них разные ситуации, но в целом…
И он сорвался, прилетел, хотя и не собирался заставлять Маську нервничать. Но эта чертова потребность - все предусмотреть, обставить, защитить… точно уже была сродни маниакальной.
Женщина три раза сказала «нет», а он все упорствовал, оставаясь рядом - хотел с ней, хотел ее. Рядом с Мариной он постоянно находился в странном состоянии, близком к мазохизму - надежды, ожидания, предвкушение, боль, вина… но не дурак же - понимал, что остается только мечтать, и он мечтал - рядом с ней, чувствуя ее запах и тепло, это было особенно сладко и волнительно.
