— Я твердо знала, ты останешься живым, и мы будем вместе. Ты не переживай, я работаю на хорошем месте, меня ценят, в деньгах нужды не будет. Ты закончишь институт. Захотим, будем жить здесь, а можем и переехать в другой город. Но мне переезжать отсюда не хочется.
— Витя, мы кушать будем после ванны или прямо сейчас?
— Давай я сначала с себя все смою, а потом уже все остальное.
Я уже и не помнил, когда в последний раз лежал в ванне. Ирина налила каких-то добавок, поэтому запахи от воды просто замечательные. Исследования моего тела продолжились со всхлипываниями и рыданиями.
— Ты все-таки, Витя, сволочь. Столько пролежать в госпитале и мне не сообщить. Да я через два дня прилетела бы к тебе.
— Ну и что бы ты там делала? В палате шесть мужиков с самыми разными ранениями. Одни уходят, других привозят. Мат-перемат. Измочаленные врачи и медсестры. Родных допускают на полтора-два часа. Просто я берег твои и свои нервы. Но все уже позади. До 1 декабря я в твоем полном распоряжении.
— А почему только до 1 декабря?
— Признали годным к строевой службе. В декабре я должен уехать в ГСВГ. В течение месяца я оформляю вызов для тебя. Будем надеяться, Новый год будем праздновать вместе.
— А может, ты лучше уволишься?
— Ирочка, этот вопрос мы не рассматриваем и не обсуждаем. Но если что-то там не сложится, то вариант увольнения возможен.
После ванны, вымытого, вычищенного, намазанного какими-то благовониями, надушенного, Ирина посадила меня за стол в большой комнате.
— Извини, но я приготовиться не успела. Сейчас будем кушать то, что есть в холодильнике, а вечером я уже все приготовлю.
Я перешел на кухню, но предварительно прошелся по всей квартире. Все подобрано со вкусом. Комнаты большие. Мебель импортная. Мужиками не пахло. Иринка все-таки завтрак приготовила на кухне.
— В комнате накроем на ужин. Я положу тебя спать, а сама сбегаю на работу. Потом все закуплю и приеду.
— Ага, размечталась. Уедет она после позднего завтрака.
Я одной рукой ее обнял и повел в спальню. Ирина счастливо рассмеялась:
— Я так ждала тебя, так соскучилась!
— Иришенька, но тут будет одна проблема. У меня левая рука не работает. Поэтому придется тебе меня изнасиловать самой. Но я отдамся тебе без сопротивления.
— Я мечтала об этом всю жизнь!
Она разделась, расстелила постель. Помогла раздеться мне и повалила на кровать.
— Лежи и не дергайся. Дай мне возможность поиздеваться над тобой, пока ты беспомощный.
В эти минуты я забыл обо всем и обо всех. О стрельбе и взрывах, о госпитале и медицинском персонале, о Любе и Ахромееве. Я дома. Все переживания остались позади. Надо начинать жизнь сначала. Нужно привыкать к той жизни, о которой я забыл и от которой отвык. Никаких угрызений совести я не чувствовал. А может, у меня ее совсем нет? Значит, надо вычеркнуть все из памяти. Я живой, я дома. Со мной моя жена. Та, которую я выбрал для счастливой совместной жизни. Ирина терзала меня изо всех сил, поэтому я долго не выдержал. Минут двадцать мы лежали обнявшись. Рассказывали, как мы жили эти годы друг без друга.
Ира рассказывала, как она переехала в Ужгород, искала квартиру. Ее начальники из областного общепита помогли по всем вопросам.
— Я у них проверенный доверенный кадр. Тебя с основным руководством в субботу познакомлю. Они обязательно потребуют устроить праздник. Познакомиться с тобой хотят все, потому, что не каждый, так как ты, выступает на защиту своей жены. Ты мой рыцарь! Но не вздумай строить им глазки — убью, не задумываясь. Пошли завтракать.
— Размечталась! А ну-ка, давай ко мне подползай.
Ира закрыла мой рот поцелуем. Поцелуи поползли вниз, пока не уперлись в поднятый шлагбаум.
— Ой, как я соскучилась.
— Так какого сигнала ты ждешь?
Ирочка села на мою дубинку. Со стоном начала забирать ее в себя, все глубже и глубже. Я пальцем захватил ее соски и начал массировать их. Бурная концовка не заставила себя ждать. Ира легла мне на плечо, поглаживая шов на левой руке.
— Сильно больно?
— Да нет. Врачи сказали, что если разрабатывать, делать гимнастические упражнения, то через год-второй функции руки должны восстановиться.
— Пройду курсы лечебного массажа и буду делать его тебе каждый вечер.
Наговорившись, пошли на кухню. Ира нарезала колбасу, сыр, огурцы, помидоры. Пожарила яичницу. Мы выпили грамм по сто коньяку, а потом по большой чашке крепкого кофе. Я пошел спать, а Ира на работу.
Разбудил меня звонок в дверь. Когда я открыл двери, то увидел на пороге молодого симпатичного парня.
— Ира дома? — спросил он меня.
«Ну, вот и начались семейные разборки» — подумал я.
— Ну, заходи. Ее нет. Будем вместе ждать.
— Да нет. Мне некогда. Работа не ждет. Давайте я вам занесу продукты.
Он достал из-за стенки две большие сумки. Мимо меня занес на кухню, попрощался и ушел.
Я засмеялся «по себе судишь».
Открыв сумки, начал выкладывать на стол, а потом в холодильник всякую снедь. Пару недель точно продержимся. Спать уже не хотелось. Взял свой блокнот. Набросал план своих действий на месяц, снова и снова проверяя, чтобы ничего не забыть.
