Взрыв произошел у обоих, но сначала задергался я. Через мгновение затряслась и Люба. Она сама себе закрыла рот рукой. Сначала стонала, а потом начала рычать. Упала ко мне на грудь и мы, потрясенные, молча, лежали несколько минут, обмениваясь поцелуями.
— Витя, я все эти годы думала об этих минутах, о нашей встрече. Все прошло так, как я мечтала.
Люба полотенцем вытерла меня и себя, положила трусики себе в карман халата, из чего я сделал вывод, наше тесное общение сегодня может иметь продолжение. Мы снова сели за стол и уже не спеша началось наше застолье. Много мы не пили. Люба сходила на пост медсестры, прошлась по палатам, позвонила дежурному по госпиталю и в приемный покой. Новостей, экстренных случаев нет. Люба вернулась ко мне. Опять у нас произошла вспышка безумия, но продолжалась она гораздо дольше, да и мы не торопились. Мы смотрели друг на друга. Говорили о чем-то важном и о какой-то чепухе. Даже пытались говорить о чувствах друг к другу, но потом прекратили это. Общих друзей, общих интересов у нас нет. Есть только великолепный секс. Наша вторая встреча в течение пяти лет. Мы пробыли вместе до трех часов ночи, а потом Люба категорически отправила меня в свою палату спать.
Медленно, но уверенно я шел на поправку. Через десять дней с левой руки сняли гипс. Хирург теперь требовал, чтобы я осторожно двигал этой рукой, но старался не делать резких движений. Рука повисла на повязке. Нужно постоянно шевелить пальцами руки, сгибать и разгибать ее. С головы тоже повязку сняли. Головокружения прошли, но гул в голове продолжался. Сны, в основном, сопровождались залпами орудий, автоматными очередями, выкриками каких-то команд. Война продолжалась во снах.
Люба взяла надо мной шефство. Проверяла давление, просматривала заживление швов, гоняла меня на тренажеры. Мы вместе сходили в универмаг, где я подобрал себе спортивный костюм. Еле-еле нашли костюм на выход. Таких размеров для моего роста и комплекции в магазинах не оказалось. Поэтому эту проблему решили в ателье пошива. Диапазон наших встреч с Любой значительно расширился. Врачи разрешили мне прогулки, чем мы сразу же воспользовались. Правда, основной маршрут вечером лежал до Любиной квартиры, а утром обратно. Разговоры о серьезных отношениях Люба сразу пресекала. Я не мог объяснить это ее нежелание говорить серьезно о завтрашнем дне.
Но серьезный разговор все-таки у нас состоялся и начал его я:
— Любушка, Любавушка! Объясни мне, почему ты отклоняешься от серьезного разговора о нашем будущем?
— А у нас нет совместного будущего.
— Это почему же?
— Витя, ты взрослый мальчик. Все наши встречи, все наше общение происходит на кровати, поперек кровати, возле кровати. Других точек общения у нас нет. Нет у нас общих интересов, совместной работы и общих друзей. Я очень ревнивый человек. Первая наша встреча с тобой произошла в сауне. Как мы все голые мылись вместе под душем — всегда помню. Помню и то, что ты мог думать обо мне и моих подругах — три шлюхи для общего пользования. Я не верю, что ты помнил о нас через два часа после расставания. Эти пять лет разлуки каждый жил своей жизнью, шел своей дорогой. Я не знаю, как ты, но у меня есть такой пунктик в памяти. Ты хочешь оставить свою жену, если я правильно тебя понимаю, и жить со мной? Где? В Ташкенте? Или я должна все бросить, мотаться за тобой по гарнизонам? При каждой нашей разлуке, я должна переживать, сколько баб ты затащишь в постель. Я сто процентов даю гарантии, ты начнешь изменять мне при каждом удобном случае, оправдывая свои измены, и при этом ты не будешь испытывать никаких угрызений совести. С кем бы тебя ни свела судьба, быть верным ты просто не можешь по определению твоего диагноза. Я это знаю, как врач. Тебе все время нужна будет женщина. Сутки или двое суток воздержания и у тебя начнутся сильнейшие головные боли. Через пять суток твоя работоспособность будет равна нулю. О какой верности может идти речь, когда без секса ты просто не выживешь, а прямым ходом попадешь в психбольницу. Такие последствия твоей контузии. Когда ты уедешь, я найду в себе силы вспоминать наши встречи только, как подарок судьбы. Командир полка привез все твои вещи, все необходимые документы, а это означает, наша разлука не за горами. Я надеюсь навсегда. Скажи мне только, ты хочешь уволиться, комиссоваться или продолжать службу?
