Но на меня в этот момент слова убеждения не действовали. В мозгах что-то щелкнуло. Член напрягался все больше, раздулся до «не могу». Тормоза у меня уже не работали. Я ее обожал, я ее хотел. Я забыл обо всех и обо всем. Это самая желаемая женщина в мире. Несмотря на ее стоны и крики, я обладал ею со всей своею мощью. Света не могла ни высвободиться, ни прекратить это безумие. Но по ее движениям я понял, она просто потрясена. Ей кололось, больно, но хотелось. Спускать я начал первый, но через мгновение она закричала, начала бить меня кулаками и кусать губы. Не вынимая, я перевалился на спину. Уложил ее на себя и продолжал, взяв за бедра, насаживать на себя. Когда она мне начала помогать, я взял ее за грудь. Сминая груди и держась за них, я продолжал двигаться вперед-назад.
Безумство продолжалось. Ее глаза закрыты. Она дотянулась до моих губ, вставила свой язычок мне в рот. Движение на моем члене она не останавливала. Я не знаю, о чем она думала, но моя дубинка из полубессознательного состояния опять начала испытывать большое возбуждение. Света действительно мне нравилась. Ее изящная, стройная, маленькая фигурка вызывала у меня желание снова и снова. Света почувствовала себя опять на колу.
— Витя. Ты сумасшедший. Так не может быть.
— У меня может. Ты мне очень нравишься и, кроме того, я контуженый.
— Я вся твоя. Делай со мной, что хочешь.
— Светочка, я тебя за язык не тянул. Ты действительно разрешаешь мне делать то, что я захочу? Будешь меня терпеть?
— Витя, я тебя обожаю. Я тебя прошу, бери меня, но только будь со мной!
От всего этого, от этих обещаний мой хрен налился кровью так, что мне стало больно. Еще минуту я колебался, но потом понял, такого разрешения я могу больше и не дождаться. Я поставил Свету на четвереньки, немного вошел в нее.
Света, повернув голову, спросила:
— Тебе так приятно?
— Очень!
— Я буду стоять неподвижно, а ты сама подвигайся попой вперед-назад.
Я взял Свету за бедра, но ничего не делал. Она начала двигаться, но я чуть отодвигался, поддразнивая ее. Головка вошла наполовину. Света сначала остановилась, но потом опять начала движение.
— Тебе хорошо? — спросила она меня.
— Очень. Пожалуйста, еще!
Она довольно энергично двинулась ко мне. Я резко двинулся вперед. Света очень громко вскрикнула и упала на живот. Я упал на нее, при этом загнав свою дубинку полностью. Света застонала.
— Все. Я уже в тебе. Лежи и не двигайся.
— Очень больно.
— Сейчас все пройдет.
Минуты две я лежал на ней неподвижно. Она успокоилась. Я медленно начал двигаться вперед-назад. При каждом движении вперед я заходил в нее все глубже. Потом я поставил ее опять на четвереньки. После моей просьбы она начала сама насаживаться на мою дубину все глубже и глубже. Она стонала, но двигалась, пока не загнала его в себя весь.
— Раздвинь свои губешки. Я хочу в тебя еще глубже.
Света послушно раздвинула ягодицы и половые губки, запустила меня до конца. Я получил огромное наслаждение. Даже в полумраке ее тонкая талия, аппетитная попа вызывали массу эмоций. Сколько времени прошло я не знаю, но оргазм захлестнул меня всего. Если можно, то я залез бы в нее полностью весь. Света почувствовала, я кончаю, и сжала свои ягодицы изо всех сил. Я вышел из нее и свалился на подушки без сил.
— Тебе хорошо?
— Светочка, изумительно, потрясающе. Какая ты золотая умница.
— Ты придешь еще ко мне?
— Если ты разрешишь.
— Я буду ждать тебя каждый день. Я не знаю, что со мной будет ночью и завтра. У меня все болит. Но я очень хочу, чтобы ты опять пришел.
К пяти вечера я пришел домой. Ирины еще нет. Угрызений совести тоже нет. Это я списал на годы воздержания, но пообещал себе, что обязательно проанализирую свои поступки.
Во время ужина Ирина сообщила, что приболела Светлана. Температура, ломит все тело. Думает, что возьмет больничный лист до понедельника.
— Съела, наверное, что-нибудь, — пошутил я, вспомнив выступление комиков. — Молодая. Будем надеяться, поправится. Ты бы позвонила ей. Может ей фруктов купить и занести. Я могу забежать. Узнай, потом мне скажешь. Думаю, полчаса я выкрою.
— Хорошо, я узнаю.
Когда мы завалились в кровать, то опять вспоминали совместный субботний ужин, а потом начали планировать поездку в Винницу и Киев. В это время мой труженик меня не подвел, а поэтому Ирине пришлось повозиться и поохать. Уснула она умиротворенная.
Утром я прошел сеанс массажа у дяди Федора. Потом процедуры в военном госпитале. До назначенной встречи с Ксенией Андреевной еще с часик повалялся дома, но поехал все-таки на полчаса раньше. Что будет, понятия не имел, но решил себе голову не ломать. Кривая выведет. Будет то, что должно быть. Не убьют, не съедят. Вероятно, ожидается что-то очень интересное. Меня ведь предупредили, Ксения имеет огромный вес в области. Ссориться с ней ну никак нельзя. Поэтому только вперед.
Когда я зашел в приемную, секретарь сразу же направилась в кабинет, потом открыла дверь и пригласила меня войти.
— Оля, на сегодня ты свободна. Мы сейчас уйдем. Я все закрою. Спасибо. До завтра.
