Минут пять нам пришлось ее уговаривать, пока она согласилась. На меня она старалась не смотреть. Пока Ирина собиралась, я позвонил порученцу генерала Науменко и попросил прислать машину во вторник на восемь утра для поездки в Перечин. В пять вечера я вернусь, а на Мукачево все остается — четверг в восемь утра. Капитан заверил, машина будет у подъезда.
Во время прогулки и в ресторане Светлана в основном общалась с Ириной. Мы проводили ее домой.
— Она плохо себя чувствует.
— Все пройдет. Организм молодой — восстановится, — философски заметил я, а потом постарался сменить тему. — Я утром во вторник поеду в Перечин, а на четверг-пятницу бери отгулы. Поедем в Мукачево. В пятницу вечером будем дома.
Ирина захлопала в ладоши.
В понедельник на массаже Анна со мной не разговаривала. Она и дядя Федор полтора часа измывались надо мной, как хотели. Я принципиально терпел, хотя очень больно. Сообщил, что во вторник, четверг, пятницу меня не будет.
— В субботу будьте в восемь.
— Окей!
После госпиталя с процедурами, решил сделать для себя выходной. Узнав об этом, Ирина примчалась домой, чтобы меня накормить и ублажить. После получения сведений о моих «левых подвигах», она стала намного внимательнее и более активной в кровати.
Утром в восемь у подъезда остановилась черная «Волга». Водитель доложил, к выезду готов. Я насильно усадил его на кухне, хорошенько и вкусно накормил. Мы вместе выпили по чашке кофе. Он получил от меня двадцать пять рублей на дозаправку бензином. Через час мы въезжали на территорию полка. Я поехал в форме. Дежурным оказался начальник штаба первого дивизиона. Уже майор. Мы обнялись. Командир полка новый. Все остальные — знакомые лица. Разрешение командира полка погулять по территории получено. Судя по всему, о моем приезде ему сообщили раньше. О чем он думал, когда увидел машину командира корпуса, я не знал, но догадывался. Конечно, я сразу же пошел в свой дивизион. Командир дивизиона тот же. Начальником штаба на мое место назначили командира батареи нашего дивизиона. Очень неплохой парень. Мы сели с ним в штабе дивизиона, где практически ничего не изменилось. Он прокомментировал все новости за эти три года, все происшествия в полку. Зашел командир дивизиона. Они расспрашивали меня, а я их. Через полчаса все новости иссякли. Мы попрощались. Я зашел к заместителю командира полка по тылу, вручил свои аттестаты. Вещевики дивизии дали «добро» на получение формы за период моего отсутствия.
Оказалось, что получать много: парадная, повседневная, полевая, полушерстяная формы. Сапоги хромовые, юфтевые, ботинки, фуражки и все прочее. Мне дали солдата, мы все это дотащили и загрузили в машину. Как оказалось, новости полка меня просто не интересуют. У них своя жизнь, а у меня своя. Темы общения заканчиваются через двадцать минут. Так что делать мне здесь нечего. Даже моих бывших «недругов» видеть не хотелось.
Дома я выгрузил вещи, позвонил Ирине, которая пообещала освободиться через полчаса.
— Пошли в ресторан. Пива попьем с рыбой. Приглашаю.
Она с радостью согласилась. В ресторане мы заняли тот столик, за которым я сидел с Ксенией Андреевной. Директор ресторана сама приняла у нас заказ. Ирина, вместе с ней, пошла наводить красоту. Принесли холодное пиво, рыбную и мясную нарезку. Ирина заказала для нас седло ягненка, а я холодную водку «Абсолют» из морозилки. Через двадцать минут за нашим столиком уже сидели Ксения Андреевна и Вера Григорьевна, которые решили зайти пообедать, но увидели нас.
— Вы не возражаете?
Мы не только не возражали, но и очень обрадовались возможности пообщаться. Все мы с энтузиазмом выпили водочки, закусили, попили пиво.
— Вы знаете, Виктор Иванович, но Ирина в понедельник отправляется на курсы повышения квалификации на два месяца во Львов. Она получит соответствующий документ и сможет руководить любым предприятием общепита. Место выделили всего одно. Курсы уже начались две недели назад, но ехать нужно обязательно. Это основа для будущей работы. Выдается сертификат на пять лет. Действует на всей территории СССР, — Вера Григорьевна вздохнула так, как будто очень жалела, что не может поехать сама.
— Ира заслуживает это своим трудом, если, конечно, муж не против, — добавила Ксения Андреевна.
— Пусть Ира решает сама. Я тогда полностью займусь своим здоровьем и учебой. Дайте ей денек все обдумать и обсудить.
— Конечно, решение только за ней. Если нет, то мы будем подбирать другую кандидатуру.
Мы еще посидели, поели, попили. Я рассчитался, несмотря на их сопротивление, которое было довольно слабым. Спросил их совета, где можно подогнать свою военную форму. Они подсказали адрес. Мы попрощались и с Ириной отправились домой. Ирина, сидя на кухне, рассуждала сама с собой, нужны ей эти курсы или нет. Я не вмешивался, только заметил, такой документ открывает дополнительные возможности в устройстве на работу в любом месте. Даже в Группе Советских Войск Германии.
— Ну, а как ты?
