— Ну, нам не привыкать. Будет возможность, ты будешь приезжать домой. Я подскочу на недельку во Львов. Но, используя этот вариант, я поеду тогда сдавать экзамены и зачеты в институт. Если удастся, сдам за второй и третий курс. Пройду все консультации, семинары. Если ты сможешь вырваться, приедешь на пару-тройку дней в Киев.
— Витя, я очень хочу поехать.
— Ну, так завтра с утра к Вере Григорьевне. Не забудь взять отгулы на четверг, пятницу. Поедем, посмотрим Мукачево и окрестности. Машину генерал нам выделил. Свою «Волгу».
Мы легли спать. Обняв меня, Ира давила из меня все соки, а меня это очень радовало. Если она будет продолжать в таком же духе, то я брошу всех баб. Своя становится лучше всех. Я уже две недели не слышу: «Ой, я так сегодня устала», «Ой, как у меня голова болит» и т. д. и т. п.
В среду я наверстывал пропущенные процедуры. На массаже только дядя Федор. Надо мной он трудился старательно, но почти не разговаривал. После обеда я выкроил время и заскочил к Жорке Машкевичу. Он выглядел уже лучше.
— Спасибо, Витя. Я на те деньги, что ты мне дал, купил себе лекарства. Прошел курс уколов. Совсем другое дело.
— Друзья к тебе заходят?
— Да, телефоны у меня их есть. Созваниваемся. Все заняты своими проблемами.
Я вручил ему еще тысячу рублей. Он не хотел брать.
— Тебе хочется болеть и страдать? Ты выздоравливай, а потом, когда будет, вернешь.
— Витя, я бы не взял. Но этот курс уколов и процедур меня здорово поднял. Врач сказал: «Еще два таких курса и сможешь бегать». Так надоели эти постоянные боли.
— Бери и выздоравливай. Будет время, я к тебе еще приду.
— Буду ждать.
В четверг утром пришла «Волга». Мы с Ириной уже собраны. К девяти утра я заходил в штаб дивизии. Доложил начальнику отдела кадров, который подтвердил дату выезда в ГСВГ. Зашел в бухгалтерию, получил перерасчет. Командир дивизии и начальник штаба куда-то срочно выехали. Мы поехали смотреть достопримечательности Мукачева. Раньше мы здесь бывали, поэтому смотрели, что изменилось. Город строился. Центр сделали пешеходной зоной. Уже через четыре часа мы осмотрели все, что нас интересовало. Вместе с водителем зашли в кафе. Поели горячих чебуреков, заказали колбаски «Купаты», выпили по чашке отличного кофе. Делать здесь больше нечего, поэтому решили ехать домой. Машину мы заправили и водителя отпустили.
Утром позвонила Вера Григорьевна, уже после того, как Ира отправилась на работу.
— Нам очень надо встретиться по важному вопросу. Приди в ресторан. Там тебя встретят.
Что же случилось, что я так потребовался немедленно. А кроме этого, Вера Григорьевна вдруг заговорила на «ты», хотя до этого она все время мне «выкала».
Вера у дверей встретила меня сама. Пригласила за другой столик, на котором стояли две чашки кофе и сок. В зале никого не было, но Вера говорила шепотом, почти мне на ухо. Типа:
— Осторожно, враг подсушивает. Ксения пропала.
— Это как?
— Вчера после обеда она сказала, что с кем-то встречается. Ушла. Дома не ночевала. Утром ее нет. Не звонила, как обычно. Тебе она ничего не говорила? Про какие-то угрозы в ее адрес? Про тот компромат, который она собирала и где-то его хранит? Про свои шуры-муры с большими чинами. Давай поедем ко мне домой. Мне кажется, ее украли. Но это мы обсудим дома. Там нам никто не помешает. Здесь за нами могут следить.
Мы взяли такси. У Веры тоже дом с большим садом. Внутри интерьер не уступал дому Ксении. Большие просторные комнаты, импортная мебель. Красивая плитка, сантехника. Ковры на стенах и на полу. Всюду хрусталь, японская видеотехника. Вера показала, где можно помыть руки, а сама ушла. Вернувшись уже в легкомысленном халате. Подол на ладонь выше колен, которые очень соблазнительны, а при каждом шаге ноги видны до трусиков. Из шести пуговиц три расстегнуты. Расстегнутый ворот позволял видеть кружевной бюстгальтер, который прикрывал практически только соски. Да и то они просвечивались сквозь кружева. Такой наряд не мог быть случайностью.
— Давай чуть-чуть выпьем за твое появление в моем доме. Буду надеяться, не последнее.
