Нова задумалась и покачала головой. Темная челка на секунду закрыла лицо, и Рубен почти физически почувствовал, как ему хочется прикоснуться к этим волосам. Боже мой! Этот обет безбрачия, который он дал Аманде, в действительности оказался непростительной ошибкой.
– Есть еще кое-что, – сказала Нова, когда Юлия встала. – Если вы имеете дело с сектантским мышлением, то должны осознать одну вещь. Неважно, скольких исполнителей вы поймаете и посадите за решетку. Скорее всего, это будут малозначимые члены группировки, на место которых всегда можно набрать других. Единственный способ остановить это – схватить лидера, который, как я говорила, отдает приказы убивать. Вот ваша истинная цель.
– То есть группа будет продолжать делать это, пока до конца не реализует план, о котором вы упомянули? – озадаченно пробормотал Педер. – И это значит, что будет еще больше мертвых детей? Еще больше разрушенных семей?
В комнате воцарилась тишина. Нова остановила долгий взгляд на Педере. Рубен почувствовал, как у него перехватило горло.
– Боюсь, вы правы, – кивнула она.
– Это может быть совпадением? – Педер тревожно смотрел на выломанную дверь.
– Все возможно, – ответил Адам. – Но давайте исходить из того, что это не так. Оба родителя дома?
Он кивнул одному из криминалистов, которые прошли мимо них в квартиру семьи Вальтерссон на Бельмансгатан.
Звонок поступил вскоре после окончания встречи с Новой. Адам ушел купить чего-нибудь поесть, и, когда вернулся, Педер уже отбыл на место происшествия. Теперь туда прибыл и Адам.
– И Жозефин, и Фредрик здесь, – ответил Педер на его вопрос. – Они обнаружили квартиру взломанной, когда вернулись домой от родителей Жозефин. Господи, как будто недостаточно того, что они потеряли сына!
– Я хотел бы поговорить с ними.
Адам осторожно шагнул в дверь. Педер последовал за ним. Оба крайне осторожно передвигали ноги. Это не место убийства, но, если взлом каким-то образом связан со смертью Оссиана, следует соблюдать те же меры предосторожности. Не хватало только испортить работу криминалистам.
– Они там. – Педер показал в сторону кухни. Та выглядела нетронутой, поэтому ее выбрали местом беседы.
При виде полицейских Фредрик поднялся и снова сел.
– Это… те, кто похитил Оссиана? – спросил он. – Чего они еще от нас хотят?
В его взгляде читались испуг и бесконечная усталость. Жозефин просто смотрела перед собой в пустоту, как будто это ее не касалось. Адам предположил, что она принимает сильнодействующие медицинские препараты.
– Пока не знаем, – ответил он на вопрос Фредрика. – Но мы проведем самую тщательную криминалистическую экспертизу в вашей квартире и, может, что-нибудь найдем.
– Не понимаю, – пробормотал Фредрик. – У нас нет врагов. В нашей жизни нет и не было ничего такого, что могло бы заставить кого-то желать нам зла. Я говорил вам это в прошлый раз. Мы думали, Оссиан – случайная жертва, но если так… то… почему…
Фредрик так и не смог подобрать нужные слова. Вместо этого закрыл лицо руками. Адам выдвинул стул и сел напротив него за кухонный стол. Педер подошел к раковине и, никого ни о чем не спрашивая, принялся варить кофе. Адам одобрительно кивнул. Лучшее оружие полиции – черный кофе.
– Как долго вас не было? – спросил он, сложив руки на яркой столешнице.
Весь стол был исчеркан маркерами – желтым, красным, зеленым. Повсюду на кухне следы Оссиана. Рисунки на холодильнике, закрепленные разноцветными магнитами. Детская тарелка с изображением Молнии Маккуина [12]. Открытая пачка печенья-алфавит на раковине. Адам с трудом сглотнул и отвернулся.
– Вчера вечером мы отправились навестить родителей Жозефин, – начал Фредрик. – Остались у них ночевать. Я чувствовал, что Жозефин нужно уйти отсюда. Нам обоим было это нужно. У ее родителей дом в Тебю, нас разместили в комнате для гостей. Мы вернулись домой час назад.
– И увидели, что дверь взломана?
Ответ на этот вопрос был очевиден. Но опыт общения с людьми, пережившими большое горе, научил Адама, что простые вопросы оказывают порой успокаивающее действие. Что-то должно остаться незыблемым и понятным в мире, который летит в тартарары.
Педер поставил перед каждым по чашке дымящегося кофе.
– Молоко?
– Спасибо. Да, Жозефин обычно пьет с молоком, – ответил Фредрик, поглаживая жену по руке.
Она продолжала смотреть перед собой.
Педер кивнул, подошел к холодильнику и достал открытый пакет молока, предварительно проверив срок годности. Фредрик подлил немного в чашку Жозефин.
– Пей, дорогая.
Она даже не прикоснулась к чашке.
– Дверь была приоткрытой, поэтому я сразу понял: что-то не так. – Фредрик повернулся к Адаму. – Я точно помнил, что все закрыл и запер. Потом увидел следы на замке… Ну и, конечно, беспорядок в квартире, когда мы вошли. – Он осторожно пригубил кофе.
– Что-нибудь пропало? – спросил Педер, присаживаясь возле Адама.
– Мелочи. Обручальное кольцо Жозефин, ее украшения. Серьги, золотой браслет… Часы, которые подарили на юбилей моему отцу Аллану… Так, побрякушки. Ничего ценного.
