Холли полностью

— Было ли что-то необычное в тот вечер, мистер Эррера? Хоть что-нибудь? Кто-то на улице, наблюдающий за Бонни? Может быть, он стоял вне поля зрения камер видеонаблюдения?

— Я ничего не видел, — говорит Эррера, оказав Холли любезность и немного поразмыслив над вопросом. — Уверен, я бы заметил. Круглосуточные магазины, вроде нашего, особенно на тихих улицах, как Ред-Бэнк-Авеню — излюбленная цель грабителей. Хотя наш, слава богу, никогда не грабили. — Эррера крестится. — Но я держу ухо востро. Кто приходит, кто уходит, кто слоняется без дела. В тот вечер, когда заходила девушка, которую вы ищете, я никого не видел. По крайней мере, никто не запомнился. Она взяла газировку, положила в рюкзак, надела шлем и уехала.

Холли открывает свой айпад и показывает ему фото, скачанное ею перед входом в магазин. Это «Тойота Сиенна» 2020 года.

— Вы помните такой фургон? В тот вечер или в любой другой? У него была синяя полоса по низу.

Эррера внимательно изучает фотографию, затем возвращает айпад.

— Я видел много похожих фургонов, но это ни о чём не говорит. Тот вечер… это было почти месяц назад, верно?

— Да, я понимаю. Позвольте показать вам кое-что ещё. Это может освежить вашу память.

Холли запускает видео с камеры наблюдения, снятое вечером первого июля, и нажимает на паузу, когда на заднем плане оказывается фургон. Эррера рассматривает его и говорит:

— Ого. Надо бы почистить объектив.

Холли не говорит ему, что бесполезно запирать ворота амбара, когда лошади уже украдены.

— Вы уверены, что не помните этот фургон? Может, видели его в другие дни?

— Мне очень жаль, мэм. Не помню. Фургоны встречаются сплошь и рядом.

Именно этого Холли и ожидала. Ещё одна точка над «i» поставлена.

— Спасибо вам, мистер Эррера.

— Жаль, что я не сильно помог.

— А как насчёт этого подростка? Вы узнаёте его? — Холли показывает ему фото Питера Стейнмана. Групповой снимок его школьной музыкальной группы, найденный в интернете (в наши дни всё есть в сети). Холли увеличивает изображение так, что Питера, стоящего в заднем ряду, видно довольно отчётливо. Во всяком случае, лучше, чем изображение с камеры наблюдения «Джет Март». — Он катался на скейтборде.

Эррера всматривается, отрываясь на миг лишь когда входит женщина средних лет. Он приветствует её по имени, и она отвечает на приветствие. Затем продавец возвращается к айпаду Холли.

— Он выглядит знакомым, но это всё, что я могу сказать. Эти ребята со скейтбордами постоянно заходят сюда. Покупают конфеты или чипсы, а затем катятся на своих досках вниз по склону к «Уип». Вы знаете «Дейри Уип»?

— Да, — говорит Холли. — Мальчик тоже пропал. В ноябре 2018.

— Эй, вы же не думаете, что у нас тут завёлся какой-нибудь маньяк, а? Типа Джона Уэйна Гейси?

— Скорее всего, нет. Этот паренёк и Бонни Даль, вероятно, даже не связаны. — Хотя Холли становится всё труднее в это поверить. — Вряд ли вы вспомните каких-либо других постоянных клиентов, которые внезапно перестали появляться, правда?

Покупательница — её зовут Кора — ждёт поблизости, чтобы расплатиться за упаковку пива «Айрон Сити» и буханку «Уандер Брэд».

— Нет, — отвечает Эррера, но он больше не смотрит на Холли, ведь она не покупатель. В отличие от Коры.

Холли понимает намёк, но прежде чем отойти от кассы, даёт Эмилио Эррере одну из своих визиток.

— Вот мой номер телефона. Позвоните, если вспомните что-нибудь, что поможет найти Бонни, хорошо?

— Конечно, — говорит Эррера, и убирает визитку в карман. — Привет, Кора. Извини, что тебе пришлось ждать. Какой уж тут ковид, а?

Перед уходом Холли покупает банку «Фанты». Не потому, что ей хочется пить, а только из вежливости.

Вернувшись домой, Холли сразу же проверяет «Твиттер». Есть один новый ответ от Франклина Краслоу (христианин, гордый член Национальной стрелковой ассоциации, Юг снова возродится). Он короткий.

«Нас», предполагает Холли, это клан Краслоу из округа Бибб.

Холли звонит Пенни Даль. Ей не очень-то хочется, но пришло время сказать Пенни то, во что она теперь верит: возможно, Бонни похищена. Вероятно, тем, кто ждал её в фургоне у бывшей «Мастерской Билла по ремонту автомобильных и малолитражных двигателей». Вероятно, знакомым. Холли подчёркивает слово «возможно».

Она ожидает слёз, но их нет, по крайней мере пока. Всё-таки, это именно то, чего боялась Пенни Даль. Она спрашивает Холли, есть ли шанс, что Бонни ещё жива.

— Шанс всегда есть, — отвечает Холли.

— Какой-то ублюдок забрал её. — Эта вульгарность удивляет Холли, но только на секунду. Ярость вместо слёз. Холли представляет Пенни в роли медведицы, потерявшей детёныша. — Найди его. Кто бы ни забрал мою дочь, найди этого ублюдка. Не важно, сколько это будет стоить. Я достану деньги. Ты меня слышишь?

Холли подозревает, что слёзы появятся позже, когда до Пенни дойдёт то, что она услышала. Одно дело — испытывать запертый внутри сильнейший страх, какой только может испытывать мать; и совсем другое — слышать, как об этом говорят вслух.