На траве резвились белки. Бабочка залетела под крышу террасы, села на край кувшина, но уже через мгновение спорхнула и улетела.
В конце концов Холли не выдержала и на этот раз с неподдельной дрожью в голосе спросила:
– Миссис Морено, вы в порядке?
Виола бросила скатанный из травинки шарик на лужайку.
– Я в порядке, просто не знаю, как обо всем этом рассказать.
– О чем? – взволнованно переспросила Холли.
Виола встряхнулась и снова подошла к столу.
– Вы спросили, почему Джим… почему ваш брат перестал преподавать. Я сказала, что из-за лотереи. Но на самом деле это не так. Джим очень любил свою работу, он бы ее не бросил, даже если бы выиграл сто миллионов.
Холли едва сдержалась, чтобы не выдать себя вздохом облегчения.
– Тогда из-за чего он ее разлюбил?
– Джим потерял ученика.
– Не понимаю. Как потерял?
– Его звали Ларри Каконис. Учился в восьмом классе. Очень способный мальчик. Добрый, но проблемный. То есть он рос в неблагополучной семье. Отец бил мать – бил, сколько Ларри себя помнил. Ларри считал, что должен прекратить это – но как? Он винил себя, хотя не был ни в чем виноват. Такой уж он был, мальчик с повышенным чувством ответственности.
Виола взяла со стола свой стакан с лимонадом, вернулась к краю террасы и снова долго молчала, глядя на лужайку.
Холли ждала.
– Мать Ларри была созависимой, – наконец заговорила Виола. – Да, она была жертвой его отца, но добровольной. То есть у нее, как и у отца, были проблемы с психикой. А Ларри никак не мог совместить в своем сознании любовь и уважение к матери с ее желанием быть битой – до определенной степени, конечно.
Тут Холли поняла, о чем идет речь, она не хотела слушать дальше, но выбора не было.
– Джим много времени посвящал Ларри. Я имею в виду, помимо уроков английского. В итоге Ларри ему открылся. Вряд ли кто-то другой мог рассчитывать на доверие мальчика. Джим организовал для Ларри консультации с доктором Лансингом – психологом, который по совместительству работал в школьном округе. Дело вроде пошло на лад, Ларри старался разобраться в себе и понять свою мать. А потом, пятнадцатого мая прошлого года… Столько времени прошло, даже не верится… Ларри Каконис взял пистолет из коллекции отца, зарядил и выстрелил себе в рот.
Холли дернулась. Она ощутила удар, даже два, почти физически. Сначала она содрогнулась при мысли, что тринадцатилетний мальчик покончил с собой, хотя впереди его ждала целая жизнь. В таком возрасте самая маленькая проблема кажется трагедией и приводит в отчаяние. Холли вдруг стало больно за Ларри Какониса. А еще на нее навалились обида и злость за него: у мальчика даже не было возможности осознать, что жизнь, если положить все на весы, предлагает больше радостей, чем печалей.
Но больше всего Холли потрясла дата самоубийства Ларри. Пятнадцатое мая.
Год спустя пятнадцатого мая Джим Айронхарт в первый раз совершил чудо: в тот день он спас Сэма и Эмили Ньюсам. Спас от рук убийцы-психопата Нормана Ринка.
Холли просто не могла усидеть на месте. Она поднялась и подошла к Виоле.
Они стояли на краю террасы и вместе наблюдали за бегающими по лужайке белками.
– Джим винил в случившемся себя, – сказала Виола.
– В смерти Ларри Какониса? Но почему? Ведь он не виноват.
– И все равно он винил себя. Такой уж он человек. Но, даже зная Джима, его реакция показалась мне чрезмерной. После смерти Ларри он потерял интерес к работе. Перестал верить, что можно изменить жизнь к лучшему. Джим многого добился на своем поприще. Любой учитель мог ему позавидовать, но этот промах, трагедия с Ларри, его подкосил.
Холли вспомнила, как Джим выхватил маленького Билли Дженкинса из-под колес мчавшегося с холма пикапа. Вот уж что не назовешь промахом.
– Он впал в депрессию и никак не мог выйти из этого состояния.
Мужчина, с которым Холли познакомилась в Портленде, не выглядел подавленным. Да, он казался загадочным или даже замкнутым, но он постоянно улыбался, и вообще с чувством юмора у него был полный порядок.
Виола отпила лимонада.
– Забавно, теперь будто кислит. – она поставила стакан на бетонный пол и вытерла влажную ладонь о слаксы. – А потом… Потом Джим изменился.
– Изменился? В каком смысле?
– Замкнулся в себе. Начал заниматься восточными единоборствами. Тхэквондо. Многие ими увлекаются, но это совсем не в его духе.
Да, совсем не в духе Джима Айронхарта, с которым познакомилась Холли.
– И он не просто увлекся, – говорила Виола. – Все оказалось куда серьезнее. Каждый день после уроков Джим ехал на тренировку в Ньюпорт-Бич. В него будто бес вселился, я начала за него беспокоиться. Поэтому, когда он сорвал джекпот, мне даже полегчало. Шесть миллионов долларов! Повезло так повезло! Выигрыш мог изменить его жизнь, помочь выйти из депрессии.
– Но этого не случилось?
