Холли шла по телескопическому трапу в самолет, переживая, что Айронхарт ее заметит, пока она будет искать свое место. Конечно, Холли могла притвориться, будто не увидела его или не узнала, вот только она не сомневалась, что он не поверит в случайность их встречи. Всего час-полтора назад Холли не терпелось оказаться с Айронхартом лицом к лицу, но теперь она просто мечтала, чтобы он ее не засек.
Если это случится, Джим наверняка изменит свои планы и она упустит шанс снова увидеть, как он в последнюю секунду спасает людей от неминуемой смерти.
Это был широкофюзеляжный «ДиСи-10» с двумя проходами. В каждом ряду девять кресел, по два у иллюминаторов и пять по центру. Холли досталось второе от иллюминатора место «Н» по правому борту в двадцать третьем ряду. Она шла по проходу и поглядывала на своих соседей, надеясь, что не встретится взглядом с Айронхартом. Вообще-то, она надеялась, что не увидится с ним во время полета, да и мысль о возможной встрече в аэропорту О’Хара тоже заставляла ее нервничать.
«ДиСи-10» – огромное воздушное судно. Многие места пустовали, но на борт все равно взошло больше двухсот пятидесяти человек. Даже облетев земной шар, они с Айронхартом могли ни разу не столкнуться друг с другом, а за несколько часов лета до Чикаго и подавно.
И тут она его увидела.
Джим сидел в центральной секции шестнадцатого ряда на крайнем месте со стороны левого прохода. Он листал рекламный журнал авиалиний, и Холли молила бога, чтобы он не поднял голову, когда она будет проходить мимо. Ее молитвы были услышаны, Джим не огляделся, даже когда ей пришлось уступить дорогу бортпроводнице, которая провожала до места самостоятельно путешествующего мальчика.
Холли заняла свое место и с облегчением вздохнула. Даже если Джиму потребуется в туалет или он захочет просто размять ноги, вряд ли ему придет в голову прогуляться по правому проходу. Пока все шло отлично.
Холли мельком посмотрела на своего соседа: мужчина лет тридцати, загорелый, подтянутый и напряженный. Несмотря на воскресенье, он был в деловом темно-синем костюме, белой рубашке и галстуке. Костюм был безупречно отглажен, а вот лоб, наоборот, сморщен. Мужчина работал на лэптопе с наушниками в ушах – либо слушал музыку, либо притворялся, что слушает, чтобы не вступать в разговор. Незнакомец вежливо улыбнулся. Холодная улыбка явно служила той же цели, что и наушники.
Холли это вполне устраивало. Она, как и многие репортеры, по натуре была неразговорчива. В ее работе главное – уметь слушать, а уметь болтать совсем не обязательно, так что перспектива провести весь полет в компании рекламного журнала и собственных запутанных мыслей ее даже радовала.
Прошло два часа, а Джим по-прежнему не имел понятия, куда отправиться, выйдя из самолета в аэропорту О’Хара. Впрочем, это его не особо беспокоило, он научился ждать. Рано или поздно озарение придет.
Пролистав журнал, Джим не нашел ничего интересного, а фильм, который предлагали посмотреть в полете, судя по названию, был ненамного увлекательнее отдыха в советской тюрьме. Два места справа от него пустовали, так что не нужно было поддерживать вежливый разговор с каким-нибудь незнакомцем. Джим слегка откинул кресло, сложил руки на животе, закрыл глаза и стал размышлять о сне с ветряной мельницей, пытаясь понять его смысл, если таковой вообще имелся. Отвлекался он, только чтобы успокоить бортпроводниц, которые интересовались комфортом и аппетитом пассажиров.
Джим очень старался думать о сне, но его мысли странным образом возвращались к Холли Торн, к той репортерше.
Черт, к чему себя обманывать? Джим прекрасно знал, почему эта женщина с момента их встречи занимает его мысли. Она была красива. И умна. Стоило на нее взглянуть, сразу становилось понятно, что ее мозг работает, как отлично смазанный, тихий и очень эффективный механизм.
И с чувством юмора у нее полный порядок. Джим многое бы отдал за возможность разделить свои дни и беспокойные ночи с такой женщиной, как Холли. Когда живешь один, редко смеешься. А если и случается захохотать, то, скорее всего, это означает, что пора готовиться к длительному отдыху в санатории с мягкими стенами.
Джиму всегда непросто давалось общение с женщинами, поэтому они редко появлялись в его жизни. Следовало признать, что и до того, как начались все эти необъяснимые вещи, он порой был не лучшим компаньоном. Слишком часто погружался в раздумья о надвигающейся тьме, не умел ловить момент и наслаждаться жизнью. Вот если бы…
Джим открыл глаза и выпрямился в кресле. Озарение, которого он так ждал, все равно обрушилось внезапно. Оно было неполным – Джим все еще не знал, что случится в Чикаго, но знал имена тех, кого ему предстояло спасти. Кристина и Кейси Дубровик.
Он вдруг понял, что они летят тем же рейсом. Следовательно, можно предположить, что проблема возникнет в терминале О’Хара или же вскоре после приземления. Иначе их пути не пересеклись бы так рано. Обычно Джим сталкивался с обреченными за считаные минуты до того, как их жизни оказывались в опасности.
