Кэролайн, точно во сне, прислонилась влажной от пота спиной к холодной каменной стене, при этом не сводя затравленного взгляда с лица Кайлеба. Что он видел и как все понял, осталось для нее загадкой. Через пару минут лязгнули металлические засовы, и этот звук, эхом отдававшийся в ушах еще на протяжении нескольких минут, привнес в зашедшееся бешеным ритмом сердце сплошную какофонию из паники, страха и… стыда. И от последнего чувства некуда было деться в столь маленьком помещении.
Ассасин спокойно поднялся на ноги и сделал два коротких шага по направлению к ней, решительно сокращая не слишком-то значительное расстояние, столь необдуманно разделяющее их. Жадно вглядываясь в мертвецки бледное лицо девушки, он осторожно коснулся рукой ее волос и ободряюще улыбнулся.
— Привет, — единственное, что смог выдавить из себя юноша, из последних сил сдерживающий рвущийся наружу крик ликования. Она жива! Здорова! Наверное, в этом мире все же существует бог, который хотя бы изредка прислушивается к чужим молитвам.
— Привет, — вяло отозвалась Кэр, с трудом ворочая языком в напрочь пересохшем рту.
— Не бойся, — он осторожно придвинулся чуть ближе, игнорируя слабые отголоски здравого смысла. Она ведь должна понимать, что даже умирая от жажды, он никогда не позволит себе сделать ей больно! — Ты хорошо выглядишь.
Мужчина злорадно поаплодировал собственной находчивости, уловив некоторую двусмысленность в последней произнесенной фразе. После двух недель в обществе съехавшего с катушек психопата… Хотя она и вправду выглядела прекрасно, если не считать за показатели обратного болезненную синеву губ и отсутствие на лице привычного легкого румянца.
— Спасибо, — еле выговорила девушка, до боли в лопатках вжимаясь в стену. Ей хотелось сбежать от его внимательного взгляда, хотелось провалиться сквозь землю от его навязчивой близости, хотелось кричать до хрипоты и плакать, пока надсадные рыдания не перерастут в настоящую истерику. Зачем вообще согласилась на эту авантюру? Какого черта ее понесло туда, где не ждет ничего хорошего? Почему всегда и везде она руководствуется желаниями пополам с интуицией, но никогда не прислушивается к логике?
Когда сильные ладони уперлись в стену по обеим сторонам от головы, а мускулистое тело прижалось к ее с подчеркнутым безрассудством, из горла как бы сам по себе вырвался короткий всхлип, какой издает загнанный в ловушку лесной зверек, почуявший охотника.
— Тш-ш, — окутал ее сознание шелестящий шепот. — Все хорошо, моя маленькая. Я понимаю, что ты боишься, но совершенно зря. Меня неплохо кормили последние дни, — с почти что искренней улыбкой добавил Кайл, прижимаясь щекой к немного влажным от дождя волосам. И даже тот факт, что от нее невыносимо пахло мерзким кровососом, не заставил его отдвинуться хотя бы на миллиметр. Наоборот, он старался быть как можно ближе к той, которую любил всем сердцем, при этом усиленно напоминая себе о строжайшей необходимости сдерживаться.
Кэролайн силилась осмыслить его прерывистую речь, однако отчаянно отказывалась верить в такую благосклонность судьбы. Неужели он ничего не видел? Да такого просто быть не может! Откуда тогда вдруг взялось это радушие?
— Кайлеб, ты… — замялась она на полуслове, усилием воли заставляя себя захлопнуть рот. Ежу было понятно, что спрашивать прямо не стоит, но не ходить же ей вокруг да около до ночи! Так ведь и с ума сойти недолго. — Мне жаль.
Это было единственным, на что у нее хватило смелости.
Юноша, казалось, и не слышал ее жалких попыток воззвать к явно наличествующей человечности. Он безбоязненно расходовал Силу только затем, чтобы скорейшим образом получить ответы на жизненно важные вопросы: с ней действительно все в порядке, нет никакой лишней боли и явных неудобств (если не брать во внимание повышенную скованность, вызванную его странной реакцией на происходящее). И только через пару десятков минут затянувшегося молчания ему пришло в голову прижать девушку к себе, дабы в полной мере насладиться теплотой ее тела.
Она в свою очередь не слишком охотно обвилась руками вокруг его шеи, по-прежнему ожидая с минуты на минуту если не ярко выраженного гнева, то строгой агрессивности уж точно. Форбс успела всего за несколько месяцев изучить своего бессмертного избранника, что называется, вдоль и поперек, поэтому на лучшее не надеялась.
— Кайл, я не понимаю, — теперь уже обессилено повисла она на широких плечах, не справившись в должной мере с необходимостью дожидаться хоть какой-то реакции. — Ты все видел, но…
Вампиру вновь пришлось ласково шикнуть на нее, чтобы не выслушивать ненужные оправдания. Он знал, какую игру ведет Дамон, и не собирался подчиняться маразматическим правилам. Ему самому впору было воспользоваться внушением, убрать из ее сознания любые отголоски пережитого страха, да и вообще стереть все неприятные воспоминания, но делать этого хашишин не спешил. Во-первых, его слабенькой на данный момент Силы может банально не хватить на столь широкомасштабное действо, во-вторых, так не принято поступать с тем, кого любишь… Во всяком случае, у людей.
