Руслан со знанием дела и даже некоторой гордостью за себя самого утвердительно кивал пьяной головой. Адель очень старалась не смеяться, но вместо этого разразилась громким ржачем на весь пустой бар. Мужчина, над словами которого она смеялась, даже нисколько не обиделся.
- Вот и мои некоторые друзья надо мной смеются, а на самом деле куртизанки смеются над ними, попутно обирая до нитки.
- Руслан, давай не будем об этом, пожалуйста! - взмолилась Адель, вытирая слёзы с глаз.
- Хорошо, давай о другом. Ты, наверное, заметила, что мои любовницы, откровенно говоря, не совсем мои. - осторожно высказался Руслан.
- То есть замужем и изменяют мужьям с тобой, а ты делаешь их рогоносцами? - совсем не осторожничала с ним Адель.
- Виновен! У меня, наверное, какое-то отклонение, но я хочу объяснить тебе, хоть кому-нибудь. Я не могу на это смотреть! Как мужчины уничтожают своих женщин, которые доверились им! - с надрывом сказал Руслан. - Я не могу смотреть, как они втаптывают их в грязь, только потому, что она талантливее и успешнее в профессии, чем её муж! Я не могу смотреть, как они ставят свой трофей на полку, чтобы другие любовались - смотри, что у меня есть! А она не хочет быть трофеем, она не хочет танцевать это чёртово Лебединое озеро в первом ряду - она хочет ребёнка! Мне больно видеть, как талантливая актриса отказывается от роли мечты, чтобы не обидеть мужа. Мудаки унижают их своими изменами с теми, кто не может даже в одном помещении с этими женщинами находиться, не то что на одной ступени! Это отвратительно!
- И ты думаешь, что их спасаешь и им помогаешь? - покачала головой Адель. - Это не так так, Руслан, ты унижаешь себя, пока они унижают себя отношениями с тобой. Они слишком слабы, чтобы сказать своё слово и горят в агонии страсти, оттягивая неизбежный страшный конец своих браков. Ты делаешь только хуже. И Карпович ткнул тебя в это носом, за это ты должен ему даже спасибо сказать. Алину мне искренне по-женски даже жаль, женщины к таким вещам относятся очень трепетно, к общественному порицанию, осуждению, для них быть вне общества равно смерть. Она теперь персона нон-грата на всех светских сборищах. Она уничтожена, понимаешь?
- Понимаю... Она была ошибкой, с ней было просто и незамысловато. Сама пришла - сама разделась, иногда тоже, знаешь ли, хочется расслабиться и не напрягаться.
Адель не удержалась и закатила глаза, никогда ещё ни один мужчина не был с ней так откровенен, в этом было даже что-то прекрасное...
- Мне иногда кажется, что большинство женщин сидят в каких-то бабьих клетках, которые придумали себе сами - «хорошие девочки так не делают», «хорошие девочки так не трахаются», «хорошие девочки всегда поступают правильно», «хорошие девочки выходят замуж за хороших мальчиков».
- Я сидела в такой всю свою жизнь, а потом будто прозрела и всё поняла. Только до сих пор там сижу... Потому что хорошие девочки терпят и ждут, пока буря минует. Они не идут против ветра. Теперь я всё поняла... - опустила свою грешную голову Адель. - Никто тебе не поможет, пока ты сама себя не спасёшь из этой клетки. Ключ не у кого-то другого, он у тебя в кармане, надо только достать и провернуть в замке, выворачивая себя наизнанку. Это тяжелее всего - увидеть саму себя, такой какая ты есть...
Двое в пустом ночном баре замолкли, думая каждый о своей клетке, в которую они будто загнали себя сами, а остальные всего лишь немного помогли. Мужчина и женщина молча допили свои порции огненной воды, которая давала мнимое ощущение свободы и даже решения проблем. Они не говорили, не пытались уйти, они сидели вдвоём и обоим казалось, что здесь и сейчас они не так одиноки. Двое держались за руки и не требовали большего, потому что большее у каждого из них уже было, а после оставалась только пустота. Но сейчас эта пустота будто стала осязаемой, в ней начали прорисовываться детали, которых нельзя было увидеть днём в суете будних дней, и вдруг в этой пустоте их стало двое, пусть на краткий миг, но они были не одни...
*****
Адель не отмеряла время, которое утекало сквозь пальцы, пока они сидели вдвоём, лишь когда зазвенел первый будильник на её телефоне, она поняла, что наступило утро. Противная мелодия возвещала начало нового дня, а это значит, её часовую тренировку перед тем, как дети проснутся и нужно будет идти завтракать.
- Мне пора, Руслан, надо вызвать такси.
- Зачем? У меня водитель спит в одном из номеров, поедем вместе, нам ведь по пути.
Они сели вместе на заднее сиденье его авто, которое мчалось по пока ещё пустым улицам города, Адель взглянула на Руслана, который всё ещё держал её за руку, нежно перебирая её пальчики в своей ладони.
