- У меня завтра самолёт в Стамбул, у моей сестры день рождения, хотел побыть с ней и со своими племянницами. Я не думаю, что вернусь, только если доделать кое-какие дела. Алия готова принять бизнес в России, а мне всегда была ближе Турция, я больше похож на маму, она всегда любила солнце и тепло... - грустно улыбнулся Руслан. - Я хотел попробовать начать здесь что-то другое, но упорно продолжал старое. Думал купить сеть отелей Ставрского, но его жена умерла, и дело затянулось на неопределенный срок. Лучше вложу в отели на средиземноморском побережье где-нибудь в Испании. Здесь мне всё чужое, не моё...
Адель не хотела остаться для него чужой, не хотела... Впрочем она так и не стала для него хоть кем-то, даже ненадолго. Она подалась к нему всем телом, протянула руку и коснулась его лица ладонью. Руслан судорожно схватил её ладонь и вжался в неё щекой, уколов её сотней иголок своей короткой бороды.
- Адель... - тихо прошептал он перед тем, как она его поцеловала.
И снова двое слились вместе в общей пустоте. Им было всё равно, что они не одни, рядом мужчина, который видит их в зеркале заднего вида. Для них обоих они были только вдвоём, отдавая тепло нерастраченной и так и не начавшейся любви друг другу, чтобы оставить хоть что-то напоследок.
*****
Адель вышла у своего дома, не сказав «прощай», она не хотела с ним прощаться, пусть между ними останется лишь молчание. В доме стояла оглушающая тишина, дети ещё спали после вчерашних впечатлений, Теймур как всегда напился... Адель вошла в свою спальню, затем в ванную, медленно сняла с себя одежду и встала под горячий душ. Пар заполнил душевую кабину, где женщина дрожала от холода, который пронизывал её будто изнутри. Муж назвал её холодной и она до сих пор не могла отделаться от этого клейма на своём теле, неужели она такая и есть? Адель провела ладонью по своему телу, которое училась любить заново, но его никто не любил кроме неё самой, никогда.
Она взяла в руки лейку от душа, переключила режим с тропического ливня на режим для одиноких женщин и направила себе между ног. Она прижалась спиной к стенке душа и плакала, сотрясаемая дрожью от рыданий и экстаза одновременно. Через несколько минут, обессиленная Адель сползла по мокрой стенке вниз, обняла свои колени и затихла, уткнувшись лбом в колени. Самое страшное в этой пустоте была даже не она сама по себе, а ужасающая мысль, что она никогда не закончится...
Глава 23. Плохая жена падает на дно...
Сотрясаясь от гомерического хохота, Адель даже прихрюкивала, пытаясь не убить мужа прямо сейчас, а подождать, пока хотя бы дети лягут спать.
- Ну-ка, повтори, что ты сейчас сказал, милый?
- Я хочу отметить нашу годовщину...
- Ещё разок, ну-ка повтори на бис! - хохотнула Адель, которая никак не могла понять, что несёт этот человек, с которым она почти четырнадцать лет прожила в браке.
- Я сказал, что хочу отметить годовщину нашей свадьбы. - промямлил Теймур.
- Ёперный театр, муженек, я всё думала, что ты, может, меняешься, делаешь какую-то работу над собой, но нет, мы всё там же, да? В стране кошмаров и несбывшихся надежд. Какая к чертям кобелиным годовщина свадьбы? Ты что отмечать собрался? В списочек всех своих шлюх выпишешь и вручишь мне манускрипт? Смотри, как я любил тебя все эти годы?
- Прекрати! Я пытаюсь наладить наши отношения! Я меняюсь! - возразил обиженный Теймур. - Я хочу, чтобы мы снова стали мужем и женой.
- Иди голову лечи, милый. То, что ты, наконец, начал выполнять свои отцовские обязанности это не наладить отношения, это, блять, твоя ОБЯЗАННОСТЬ, как отца сыновей! А мне ты в роли мужа на хрен не сдался, я уже тебе говорила.
- Хватит ругаться, как хабалка! - взвизгнул Теймур, чуть ли не стуча по столу кулачком. - Ты как с цепи сорвалась, только и делаешь, что на меня срываешься!
- В жопу иди, раз нежный такой! - огрызнулась Адель, собираясь покинуть этот цирк одного клоуна.
- Ты не смеешь так со мной разговаривать! Не смеешь! Я тебя посажу, поняла меня?!
Адель только усмехнулась в ответ, вот оно - его настоящее лицо домашнего тирана, маленького, хиленького, но деспота. Она схватилась за голову двумя руками и разыграла сценку из мыльной оперы:
- О Боже! Что же мне делать, как жить дальше?! Мой муж отнимет детей! Отнимет свободу! Я умру и без того и без другого! Ах, бедная, я, бедная!
- ХВАТИТ! ПРЕКРАТИ! ХВАТИТ!
Адель расхохоталась истеричным смехом, в последнее время это была ее любимая игра - доводить мужа до белого каления. Теймур не понимал правил и каждый раз поддавался, Адель злорадствовала и ухмылялась, укладывая его на лопатки. Но в конце всегда сдавалась, оставаясь при этом в дамках.
- Ярар, любимый, ладно. Отметим нашу последнюю годовщину с размахом, бабки то есть у тебя? На мои заработанные тяжким трудом денежки я тебе попойку устраивать не дам.
