Эта мысль почему-то продолжала крутиться где-то там, на задворках сознания, пока руки Азраэля делали свое дело, а меч отплясывал смертоносный танец, расправляясь с колдунами. Отец не раз и не два говорил, что они, демоны, лишены желаний и пока что ничего подобного Азраэль за собой не замечал.
Ни одна женщина любой расы не привлекла его внимания, хоть довольно часто он видел, как они купались в реках обнаженными: люди, эльфийки, каджитки и аргонианки — такие разные, но одинаково не заинтересовавшие его своими телами. Желания прикоснуться к женщинам не возникало, собственное тело не реагировало на них так, как тела самцов реагируют на самок.
Отец говорил, что так и должно быть, такими они созданы Дагоном — бесстрастными и сильными воинами. Это сделано было специально, чтобы никто не мог соблазнить демона, привлечь его на свою сторону и заставить предать Господина. Как-то отец обмолвился, что Лорд Разрушения хотел таким образом не дать повториться истории, которая случилась во время Кризиса Обливиона. Тогда Защитнику Сиродила помогал дремора-преступник, за голову которого была назначена неплохая награда*. Говорили, что эти двое, в конце концов, стали гораздо большим, чем просто соратники. Они делили не только еду, но и постель, и об этом отец тоже как-то рассказал Азраэлю, сообщив, что люди и эльфы-мужчины иногда изображают из себя женщин, отдавая тела другим мужчинам.
На вопрос — зачем они это делают, отец не ответил, пожал плечами и предложил пройтись в ближайшую рощу, чтобы потренироваться в стрельбе из лука — это занятие куда полезнее, чем обсуждение странных привычек обитателей этого мира. Азраэль согласился и больше они никогда не возвращались к этому вопросу.
А теперь вопрос снова появился, только ответить на него некому. Разве что спросить у самого данмера? А что? Весьма разумно, ведь Ариану все это знакомо не понаслышке, сам не далее чем вчера предлагал заплатить за ночлег собой. Хм… И все же, как это — сливаться с кем-то еще? Ведь должно же это приносить удовольствие, раз жители Нирна посвящали этому занятию изрядную часть своего времени! Будь это неприятно или противно, вряд ли стали бы делать подобное. Впрочем, какой смысл гадать, если можно просто спросить?
Размышляя подобным образом, Азраэль методично очищал пещеру от колдунов, а когда ничего живого и передвигающегося в ней не осталось, принялся тщательно обыскивать тела и сундуки на наличие зелий. Демону повезло, и очень скоро его походная сумка наполнилась бутылочками и флаконами разного цвета и размера. Она стала довольно тяжелой, но на силу демон не жаловался никогда, а потому просто закинул сумку на плечо и пошагал назад, надеясь, что его незадачливый гость еще жив.
***
Вернувшись домой, Азраэль увидел, что за время его отсутствия данмер еще не успел отправиться к предкам, но и лучше ему не стало, скорее наоборот. Кувшин валялся рядом со спальным мешком и был совершенно пуст, а сам мешок мелко дрожал — так сильно трясло эльфа, уже плохо соображавшего, где он находится. Губы Анриэля были сухими, дыхание хрипло и трудно вырывалось из груди, а глаза, казалось, запали и воспалились.
— Вот, — вывалил из сумки на пол зелья Азраэль, — выбирай.
Дрожащая рука появилась из мешка, зазвенели склянки, которые данмер лихорадочно перебирал, надеясь, что успеет найти нужное лекарство и не провалится в горячую лихорадочную бессознательность, выбраться из которой вряд ли сумеет. Зелье отыскалось достаточно быстро, и Ариан протянул флакон демону, еле слышно прошептав:
— Открой… пожалуйста.
Азраэль кивнул и молча выполнил просьбу, потом просунул руку под голову данмера и помог тому выпить лекарство.
— Спасибо… — прошептал эльф, закрывая глаза и облегченно вздыхая. Похоже, и в этот раз ему удастся избежать смерти, только вот сил радоваться этому пока что нет. Даже смотреть на свет больно, глаза закрываются сами, а тепло спального мешка усыпляет лучше любого сонного зелья…
Ариан проснулся спустя несколько часов, ощущая, что жар значительно снизился, дышать уже легче, а спальник можно выкручивать — так сильно пропитался он потом за эти несколько часов глубокого сна.
— Похоже, теперь я должен тебе не только за ночлег, — негромко сказал данмер, увидев, что его гостеприимный хозяин и спаситель не спит, а сидит на скамье за столом, читая какую-то книгу. — Ты спас мою шкуру, демон.
— Азраэль, — не поднимая головы от книги, сообщил тот свое имя, — ты должен мне еще и новый спальный мешок, от этого воняет твоим потом, эльф.
— Ага, — Ариан увидел, что кувшин с водой опять стоит в изголовье. Пить данмеру хотелось ужасно, а потому он снова медленно сел, но теперь, в отличие от утра, это не было так сложно сделать: — Я заплачу, заработаю денег и все тебе верну.
— Конечно, — согласился Азраэль, отодвигая книгу и встречаясь взглядом с глазами эльфа, — заплатишь, а еще ты ответишь на мои вопросы. Потом. Когда перестанешь дрожать и заливать потом все вокруг, — добавил ворчливо, чувствуя, что запах этот его почему-то беспокоит. — Я дам тебе еще зелье.
