То, что произошло дальше, повергло в шок землян: объятые трепетом кроманьонцы опустили оружие и бросились на траву. Преклонив колени, они стали отвешивать поклоны. Наконец старший из них, подняв руки к небу, провозгласил что-то вроде «Бхагас», и все его соплеменники принялись повторять это слово и вновь отвешивать поклоны. Парни с широко раскрытыми глазами смотрели на Злату. Вожак стал говорить отрывисто и громко, растягивая гласные, а затем, жестикулируя, обратился к гостям, которые, глупо улыбаясь, всем видом демонстрировали бессилие понять что-либо. И тут Злата произнесла «Бароога». Предводитель показал копьем в сторону леса и поспешил по тропе, за ним увязались остальные воины и путешественники.
Размышляя на ходу о том, что случилось, Илья спросил:
— Золотце, что это было?
— Илюша, «Бхагас» на языках всех аборигенов означает бог, — негромко сообщила девушка. — Как-то я ездила с отцом в Индонезию, мы интересовались примитивным племенем папуасов. Запомнила некоторые слова. Неолитические языки имеют много общего для всех бушменов, их голосовой аппарат способен воспроизводить только определенные звуки.
Илья восхищенно смотрел на жену. Открылась еще одна грань ее дарования — лингвистическая. Межгалактический язык она выучила на раз, редко теряла самообладание, благополучно выпутывалась из экстремальных ситуаций.
— Милая, я люблю тебя, — только и сказал он.
— А что такое «Виквс»? — осведомился Веня.
— О, это на их языке приказ остановиться, — любезно разъяснила девушка.
— А «Бароога»?
— Что-то вроде «Где мой дом?»
— Так! Получается, алгоритм модификации людей на всех планетах одинаков? — у Вениамина начался вынос мозга.
Илья и Злата улыбнулись…
Жилищами кроманьонцев служили шатры из шкур и землянки. Похоже, обитатели только-только начали заниматься земледелием: небольшой огород зеленел в сторонке. Все были заняты делом: женщины в одеждах из шкур готовили на кострах пищу, дети бегали голышом, играя в «футбол» с круглым кожаным мешочком, набитым листьями, как с мячом, старики занимались гончарным делом, молодые и сильные мужчины разделывали тушу антилопы, добытую на охоте.
Вожак подвел ребят к большому шатру. У входа стоял шест с фонарем, горевшим синим электрическим светом. Войти он не решился, а только восторженно глазел на сошедших с небес «богов». Илья откинул полог, и трое пришельцев вошли внутрь. Юрий и Ирина Рябинины, изумленные, поднялись со скамьи и стояли неподвижно в полной растерянности.
— Здравствуйте, господа! Мы прибыли за вами, — довольный Илья улыбался и говорил как можно убедительнее.
Чета Рябининых все в тех же одеждах, поизносившихся, но чистых, никак не реагировала, а только переглядывалась, подавая друг другу знаки.
Веня, переполненный эмоциями (все-таки не зря рисковал!), радостно объявил:
— Ну что, пора возвращаться на Землю!
Опять Рябинины промолчали, и тогда Злата решила зайти с другой стороны:
— Как вы здесь выживали?
Юрий Рябинин сказал:
— У нас все в порядке. Мы приспособились, условия жизни на этой планете вполне приемлемые.
Веня удивился:
— Как же так? Вы хотите сказать, что жить бок о бок с дикарями с неразвитым голосовым аппаратом не тревожно?
— Мы прекрасно ладим, нашли общий язык, — произнесла Ирина Рябинина. — Муж передает им знания, я занимаюсь врачеванием, открыли школу, приобщаем к земледелию, спорту, а местных женщин даже учу накладывать макияж.
— Но вы же физики! — Илья был поражен. — Могли бы на Земле прославиться благодаря своему открытию.
Юрий усмехнулся:
— Ничтожно мелко ценить дела по знакам почета, гораздо важнее вершить великодушные поступки во имя возвышенной цели.
Злата, подивившись самообладанию Рябининых, заметила:
— Ваши знания в эпоху палеолита зачахнут, здесь некому вас понять.
— Ну почему же? — спокойно воспринял ее слова Юрий и рассказал нечто необычайное.
Люди из племени макайя весьма сообразительны. Они помогли найти пришельцам ценные месторождения, научили жить в гармонии с собой и природой и быть самодостаточными. А Юрий с Ириной помогли им в технологическом плане. Рябинин включил лампу. Она загорелась синим равномерным светом. Химический источник питания — батарейка, имеющая в своем составе уксус, медь и железо. Стекло для лампы Юрий научил местных мастеров изготавливать из кварцевого песка. Включил другую лампу: белый свет. Электричество для нее вырабатывалось генератором: медный проводник и магниты.
Рябинин рассказывал, а его глаза горели. Было понятно, что человек нашел смысл жизни, пожертвовал наукой ради милосердия, готов бескорыстно служить идеалам гуманизма и, отодвинув собственный триумф и амбиции на второй план, был счастлив как никогда. Илья разглядел в нем человека, одержимого идеей помогать людям. Как и миссия самого Ильи Белова.
— Знаете, — подытожил Рябинин, — нас здесь почитают за богов, и мы чувствуем ответственность за племя макайя. Никуда не поедем. Прощайте!
— Но!.. — Илья вдруг осекся. Возразить было нечего…
Юрий и Ирина Рябинины, взявшись за руки, смотрели на удаляющихся из деревни землян с искренней жалостью, но в твердой уверенности в своей правоте.