– Богатый ужин будет, – обронил Горобец.
Иван Ильич кивнул.
– И компания приятная.
«Интересно, – подумал он, – на живую женщину наш батюшка матом ругается, а от нарисованной аппетит теряет… »
На другой день погода выдалась отличная: солнечно и без ветра – и после завтрака Горобец предложил прогуляться по деревне:
– Мне бы расписанную Бондарем церковь хотелось посмотреть, ну и поговорить с теми, кто его знал…
– Да в основном мы и знали, – сказала тетка, убирая посуду со стола. – Однокашников в деревне осталось – по пальцам пересчитать, а дружил он с детства только с Ваней. И вообще нелюдимый был.
– В таком случае, вы мне и поможете восстановить биографию с подробностями, – улыбнулся журналист. – Но оглядеться все-таки не помешает.
– Сходите, конечно. Церковь внутри очень красивая, хотя Ваня там и не был – вот вместе и поглядите.
Иван Ильич мрачно пробормотал:
– Это если отец Геннадий атеистов туда пускает.
– Соседа и прессу уж пустит как-нибудь, – рассмеялась Зоя Ивановна.
– А вы, стало быть, атеист? – уже на улице спросил Горобец.
– Есть такое.
Иван Ильич не любил подобных вопросов: после них нередко случались ссоры на ровном месте. Но журналист выглядел на удивление довольным.
– В деревне такое – редкость. Зоя Ивановна как будто тоже без особого пиетета к батюшке. По крайней мере, руку не целует.
– Мне кажется, она его как хорошего соседа ценит, – подумав, ответил Иван Ильич. – Впрочем, кто знает. Вот с Кузьминичной тоже в одном классе учились, нормальная девчонка была – а потом она в религию эту сиганула как в прорубь. Ну и многие так же.
– И в основном – женщины?
– Ну да. Мужики пьют больше, а им тоже чем-то заниматься надо. Телевизор не всегда работает. Вот в бывший клуб по старой памяти и бегают – раньше танцевали, а теперь поют.
– Поют? – удивился Горобец.
– Хор у них. Кузьминична запевала там. Говорят, красиво исполняют, – пояснил Иван Ильич.
– Сейчас для пения, пожалуй, рановато, – журналист остановился и оглянулся на море. – А может быть, сначала к сгоревшему дому сходим? Раз уж официального следствия не будет, сами посмотрим, что да как.
– А вы в этом деле разбираетесь?
– Ну, поджог-то распознать можно.
– Давайте сходим
Развернувшись на сто восемьдесят градусов, они стали спускаться к морю. Иван Ильич издалека заметил на территории базы хозяйский внедорожник. Над трубой дома вился дымок – верный знак, что хозяева приехали. Можно Дмитрия расспросить о вчерашнем звонке в пожарную часть.
Насчет того, что звонили с базы, Иван Ильич не сомневался. Тем не менее охранники, когда заметили пожар, могли увидеть еще что-нибудь интересное… или кого-нибудь. А ведь хрен что сами расскажут! Он твердо решил: буду требовать встречи с хозяином в первую очередь, а того разговорить, да еще при журналисте – дело техники.
Но требовать никого и ничего не пришлось: Дмитрий, словно почуяв гостей, сам вышел из бани и направился к воротам. Из одежды на нем было лишь белоснежное полотенце на бедрах и шлепанцы. Еще один морж – и мороз им нипочем!
Больше всего Ивана Ильича удивило отсутствие наколок на теле городского авторитета. Он сбавил шаг и, глубже засунув руки в карманы, покосился на журналиста. Тот тоже явно был озадачен, но хорошо скрывал это и вопросов пока не задавал.
Дмитрий приблизился к воротам и дружелюбно поднял руку.
– Здорово, Иван Ильич. Пепелищем идете любоваться?
– Здрасьте… так вы в курсе уже? – с деланным удивлением отозвался Иван Ильич.
– Еще бы! Ребятки вчера ни свет ни заря позвонили: горит, говорят. Сказал им вызвать пожарных и не высовываться.
В окне домика охраны мелькнула чья-то лысая голова: «ребятки» бдили.
– На базе наверняка огнетушители есть… – заметил Горобец.
Дмитрий смерил журналиста внимательным взглядом.
– Имеются. Но я сказал не соваться, значит – не соваться. У деревенских в каждом втором доме газовый баллон; рвануло бы – больничный моим пацанам кто оплатит? Огнетушителями, кстати, велел делиться по запросу, только его не поступало.
– Да, пожарные быстро управились. Скажите, а ваши охранники не видели чего-нибудь необычного рядом с горящим домом? – спросил Иван Ильич.
– Вряд ли, – пожал мускулистыми плечами Дмитрий. – Я, как приехал, расспросил подробно. Во время обхода все было в порядке, а после завтрака увидели дым
– Ничего нельзя исключать.
– Почему? Дом старый, проводка наверняка на соплях, печка опять же…
– Печку там сутки не топили, – мрачно отозвался Иван Ильич, – и выключено все было. Я лично поотключал, а новый хозяин за два дня до того в доме был, даже свет не зажигал.
– Уже и новый хозяин объявился? Быстро тут дела делаются.
– Да это брат старший. Он и на Крещение здесь был, а теперь за картинами приезжал… Выставка у Василия скоро будет.
– Ну, отлично как, – отозвался Дмитрий. Холод наконец добрался до него: кожа покрылась пупырышками, а плечи заметно дрожали. – Чего-то свежает. Пойду греться, пожалуй. Счастливо!
Он махнул рукой, развернулся и пружинисто зашагал в сторону дома.
