Ильмари погрузился в собственные мысли о временах, когда он жил в Глеймаале. Последнее, что он явственно помнил из своей прошлой жизни это взмах меча бешеного берсерка, который прибыл в родные Ильмари ижорские леса на большом корабле. Нос длинного узкого судна увенчивала жуткая голова неведомого чудовища. С корабля на лесистый берег высыпали воины и словно лавина, сметая всё на своём пути, прошлись по маленькому рыбацкому становищу. Ильмари среди первых бросился на врагов с одним лишь коротким ножом, которым он до этого потрошил рыбу. Воин с красными от ярости глазами походя обрушил на рыбака страшный меч, вмиг прекратив жизнь Ильмари. Очнулся молодой ижорец уже в Миитланде, где его встретили высокие, с янтарными волосами существа, назвавшие себя альвами. Они объяснили ему, где он находится и предложили выбор: вернуться в прежний мир младенцем и заново пройти земной путь, либо остаться в мире, которым правят боги. Ильмари ничего не держало в старой жизни. Не успел он обзавестись семьёй – молод слишком был для этого, родные уж давно по разным причинам померли. В надежде однажды повстречать семью здесь, воодушевлённый возможной встречей со всесильными богами, которые, как ему казалось тогда, призвали его к себе, ижорец решил остаться. И прожил уж больше тысячи земных лет. А если считать по здешним порядкам, то ему ещё только шёл седьмой десяток и волосы едва тронула седина. Он чувствовал себя полным силы, здоровым и счастливым. В семье Матти ему жилось отлично, как и во всей Своельге, в которую он пришёл после недолгих скитаний по восточным землям Енкильмаала. Удивительным местом был Мииталанд, воистину сказочным. Только вот богов ему повидать так и не довелось. А теперь, вместе с легендарным Холтом, глядишь, случится долгожданная встреча. Какие они, могущественные создания, тенью маячившие во снах? А что если и нет их вовсе? Но вот он – сын Тора – прямое подтверждение того, что боги не выдумка.
Обычный человек не видит, что там твориться за туманной завесой, не слышит приглушённых всплесков там, где осторожная выдра вошла в воду или рыба поймала с поверхности зазевавшуюся мошку. Не слышит ровное дыхание затаившегося зверя, пришедшего в столь ранний час на водопой и украдкой провожавшего силуэт лодки своими жёлтыми хищными глазами. Невдомёк было Полине с Ильмари, что за высокими стволами зелёного леса пробиралось существо, чуть не от самой Своельги следующее за челном, втягивая своими широкими ноздрями человеческий запах.
Но Пастырь не был обычным человеком. Первозданная магия пока ещё пронизывала тонкими нитями его тело. С каждым годом он всё меньше чувствовал её в себе, всё труднее было понимать язык природы. Обоняние его притуплялось, глаза всё чаще не замечали того, что прежде было ясно видно. Но пока магия окончательно не испарилась, его чувства были острее и ярче, чем у обычного человека.
Временами он поглядывал на девушку, которую Алайна сказала сберечь во что бы то ни стало. Она кратко рассказала ему о том, что Полина определённо оказывает на природу некое влияние, умеет слышать её, хотя и не сознаёт этого. Вокруг неё Алайна видит едва заметные искры магии и это самое странное. Обычный человек не мог владеть ей. Это могли делать только Фёстэнкилы, а девушка не могла быть одной из них. Это просто невозможно. Холт не заметил в девушке ничего необычного. Но его сестра всегда отличалась особенным чутьём и он верил ей, хотя и скептически относился к этой строптивой девчонке.
– Ты что-нибудь видишь? – нарушил молчание Ильмари, обратившись к Пастырю. От его голоса встрепенулась задремавшая было Полина. Её одежда пропиталась капельками влаги и девушку пробирала дрожь от холода. Она плотнее закуталась в плащ.
– За нами следят, – тихо ответил Холт и бросил взгляд на Полину, заметив, что та готова околеть, сидя без движения. – Полина, смени меня на вёслах.
Она кивнула и попыталась подняться, хватаясь дрожащими руками за борт – занемевшие ноги слушались с трудом. Стиснув зубы, она пробралась на скамью к Пастырю и села рядом с ним. Тот встал, уверенно удерживая равновесие в шаткой лодке, словно на твёрдой земле, поочерёдно передал ей вёсла и сел к Ильмари, который с благодарностью посмотрел на него.
– Челн прямо держи, не сворачивая, – сказал Пастырь. Полина лишь сверкнула на него глазами, мол сама разберусь и с натугой налегла на вёсла, оказавшимися куда как тяжелее, чем сделанные из высокотехнологичной стали, которыми она запросто управлялась во время сплавов в Глеймаале.
– Порядчики? – дождавшись, когда его спутники сменят друг друга, тревожно спросил Ильмари.
– Нет. Судя по смраду, который я чую, это Кракё. Его сильно опасаться не стоит. В воду он не зайдёт – боится. Хотя на тот берег выходить не следует. Если эта тварь уже долго бродит под миру, одолеть её будет сложно.
Спутники Пастыря потянули носом, пытаясь поймать запах, который чувствовал мужчина, но ничего, кроме туманной сырости, не учуяли.
– А что это за существо такое? – поинтересовалась Полина, потихоньку отогреваясь, разгоняя кровь по телу.
