— Ну почему сразу бегать? Нет, конечно, подожду, пока сам придет.
Гелла захлебнулась словами, а я подняла лампу вверх.
Голубой огонек осветил небольшое заброшенное помещение. Метра три в диаметре, не больше. Его стены украшали светильники с потухшими кристаллами, с которых свисали клочья паутины. Единственное окно оказалось плотно забито широкими досками. А из мебели я смогла рассмотреть только запыленное трехстворчатое зеркало в полный рост и софу с изогнутой спинкой.
В дальней стене виднелась еще одна дверь. А за ней, я уверена, спальня Габриэля.
Значит, эта комната нечто вроде тамбура между спальнями. Что ж, прибраться и в ней не мешало бы. Займусь этим завтра. А пока…
— Вы мне хоть и госпожа, но я еще не забыла, как ставила вас на горох, когда вам было пять лет! И сейчас поставлю, не посмотрю, что вы выше меня! Ишь, что удумала! Маменька там ночей не спит, ждет ее в Эссеоре, а она тут остаться решила? За даргами бегать? Совсем совести нет!
Мне пришлось призвать на помощь все самообладание, чтобы не наговорить дерзостей старой женщине. Развернувшись, я с нажимом произнесла:
— Этот дарг — мой муж. И именно маменька настоятельно рекомендовала принять его предложение. Это первое. И второе: я никогда не вернусь в Эссеор. Мое место здесь. Рядом с мужем и сыном.
Глаза Геллы расширялись по мере того, как я говорила.
Удовлетворенная эффектом, я мстительно добавила:
— А будешь мешать, сама отправишься в Эссеор. Вместо меня!
Оставив няньку ловить воздух ртом, я заперлась в гардеробной. За окном давно стемнело, так что самое время призвать Шипа и потребовать исполнить обещанное.
Я не боялась, что нам кто-то помешает. У меня был целый день, чтобы обдумать свой план и все риски.
Шип возник из ниоткуда. Прямо на софе. Вид нечистик имел помятый и встрепанный, будто я выдернула его прямо из драки.
— Ну? — воззрился на меня с недовольством.
Я широко улыбнулась:
— Действие!
Шип засопел. Покосился на дверь, и я почувствовала, как вокруг опускается знакомая тишина. Вполне осязаемая. Немного давящая, немного вязкая. Словно невидимый кисель.
Шип накрыл нас куполом тишины. Сложил лапки на пузике и милостиво кивнул:
— Говори.
— Мне нужны доказательства, что Леврон — это химера. Я сегодня нашла кое-что в одной книге. Там сказано, что когда человек спит, его тело расслабляется, и на лице проступает дух-захватчик. Я должна проникнуть в спальню Леврон и как-то запечатлеть этот момент! Ты поможешь мне это сделать?
Выпалила на одном дыхании и с надеждой уставилась на него.
— Ты сумасшедшая.
— Мне это уже говорили.
— Мало, видимо.
— Нет, достаточно.
— Сомневаюсь.
— Не сомневайся. Лучше помоги в эту дырку пролезть. Кажется, я застряла…
— Жрать надо меньше!
— Сколько дают — столько и жру! — огрызнулась, не выдержав.
Шип достал своим нытьем! Ну что за нечисть такая? Ноет и ноет, будто ему платят за это!
Уже час ползем по какому-то тоннелю, где не видно ни зги. Зато по стенам стекает вода, воняет плесенью и ползают слизняки. Я весь подол грязью испачкала. А тут ко всему прочему еще и застряла, ни вперед, ни назад.
Сзади в мою несчастную пятую точку что-то уперлось. По ощущениям — целое бревно. До ушей донеслось бормотание: то ли ругань, то ли благословение. А потом толчок бревна уверенно послал меня вперед.
Я вылетела из узкого тоннеля как пробка из бутылочного горлышка. Приземлилась на четыре конечности и выдала все, что думаю об одном мелком гаде.
— Ты же хотела попасть в спальню Леврон так, чтобы никто не заметил? — съехидничал он, глядя, как я поднимаюсь и отряхиваю грязные юбки. — Вот, считай что попала.
При падении я немного стесала кожу на ладонях о каменный пол. И теперь они неприятно саднили. Пронзив Шипа убийственным взглядом, поплевала на ранки. Надеюсь, никакой заразы не подцеплю.
Вытерла руки о нижние юбки и огляделась.
— Где это мы?
Тоннель вывел прямо к стене, сложенной из серых булыжников. Но я-то уже видела стены, которые вовсе не стены, а тупики, которые легким движением руки превращаются в проходы.
— Там комната гувернантки, — Шип указал на стену. — Все, как ты хотела.
— Отлично. И как мне туда попасть?
— Нажми на выступающий камень. Проход откроется.
— А дальше? Мне же нужно, чтобы она спала, а не вскочила с воплем, едва я войду.
— Вот так всегда! Обо всем самому думать надо, — проворчал Шип. — На вот, держи.
Он всучил мне кристалл размером с куриное яйцо. Похожий на те, что были в светильниках, только другой огранки и абсолютно прозрачный.
— Что это? — я едва не упустила его.
— Агрон! Ты же хочешь запечатлеть лик химеры? Вот, это записывающий артефакт. Возьмешь за оба конца и повернешь по часовой стрелке. Он активируется. Повернешь против — сохранит запись. Записывающий луч направишь ей на лицо. Чем ближе будешь стоять, тем меньшим будет охват и выше четкость. Все поняла?
— Угу… — я настороженно покрутила артефакт в руках, потом уставилась на Шипа. — Так, а в чем обещанное магическое действие, если я все сделаю сама?
