Мы двинулись по шаткому и узкому каменному мосту, через который едва одна телега могла проехать. Полотно было разбито, в перилах зияли дыры. Внизу же несся стремительный мрачный черный поток Ул-Никса. Река выглядела уверенной, мощной и полноводной. В такую попадешь, так уже не выберешься. И это не говоря о речном зверье, которое водилось в темных глубинах. По слухам, тут обитали такие монстры, по сравнению с которыми морозные волки — просто щенки. Так что мы к краю старались не подходить. Я на всякий случай шел пешком, поскольку фургон с гурдом весил много. Если уж мост и обвалится, то, скорее, под их совокупным весом, а не под отдельным человеком.
Преодолев водную преграду, мы, наконец, вздохнули спокойнее и продолжили путь. Проехали еще немного и остановились на ночь возле одного из мелких притоков Ул-Никса. Ночи стали еще более холодными. Фентлард встречал путников неприветливо. К счастью, теперь не только у меня имелась система обогрева, но и у Лесных братцев. Они могли нормально спать ночью, сменяя друг друга на дежурстве. Засыпал углей в жаровню, и наслаждаешься теплом.
На небе красовалась Кайя — еще один естественный спутник Тардиса. Луна имела существенные размеры и синеватый оттенок. Кайю считали предвестником благих свершений и удачи. Выглядело красиво, да и практично к тому же. Светила Кайя довольно ярко, поэтому ночью можно было разглядеть окружение. Та самая голубая луна из известной песни.
По рекомендации Лесных эльфов мы слегка доработали невольничьи фургоны, в которых имелись местами достаточно крупные щели. Для этого использовали какую-то специальную смесь из речной глины, гурдовских лепешек и соломы. Таким составом ушастые быстро законопатили все щели, благодаря чему тепло намного лучше удерживалось внутри фургонов. Пованивать от повозок, правда, стало, но по мере засыхания должно пройти.
Вообще, здесь почти всегда что-нибудь пованивало. От гурдов несло отнюдь не фиалками, да и другие ароматы примешивались. Что поделать — о гигиене тут имели достаточно смутные представления. Разве что от Лии практически не пахло. Даже после затяжных сражений она умудрялась оставаться опрятной и изящной. Умеют же Высокие эльфийки заботиться о себе. От Ниуру же почти всегда пахло костром и чем-то жженым.
— Завтра мы должны будем прибыть в Фентлард, — объявил я поздним вечером, взирая на карту под светом магической лампадки.
— Да, мастер, — откликнулась Лиетарис.
— Все ли Лесные успели изготовить себе туники? Лия, проследи, чтобы их одежда выглядела достойно. Все прорехи в штанах должны быть залатаны. Все равно ты ночью будешь дежурить.
— Прослежу, мастер.
Я отложил карту и посмотрел на брюнетку. Выражение ее лица выглядело таким же, как обычно, однако мне показалось, что она слегка опечалена.
— Скучаешь по Ниуру?
— Немного… — осторожно заметила Высокая.
— Я тоже. Но пусть она занимается тем, что ей нравится.
— Согласна, — кивнула Лия и одарила меня подозрительным взглядом. — Мастер изменился…
— Это плохо?
— Не знаю.
— Что насчет твоего отношения к хозяину? Если я поменяю ошейник на стандартный, ты продолжишь свои попытки убить меня?
— Да, — ответила эльфийка глухо, поморщившись от головной боли. Красный артефакт заставлял ее говорить мастеру правду.
— Эх, а я ведь такой хороший парень. Подумывал о том, чтобы вернуть стандартный ошейник. Но, по-видимому, придется подождать, пока ты созреешь. Ничего, Лиетарис, однажды ты поймешь все величие и доброту мастера и растаешь словно снег в знойную жару! Кши-ши-ши-кши!
— Невозможно!
Я зевнул:
— Пора на боковую. Спокойной ночи, Лия.
— Беспокойных снов, мастер.
— Мастер, спасибо, что позаботились о тепле в повозках, — поблагодарил меня Трындуил наутро.
— Разумеется. Об имуществе надо заботиться, — кивнул я.
У нас еще оставалась волчатина, так что позавтракали мы сытно. Само собой, эльфов мясом я до отвала не кормил, но понемногу делился. Силы им могут понадобиться. Лесные невольники за прошедшие дни слегка окрепли. Уже не выглядели теми отощавшими доходягами. Про свои тренировки я тоже не забывал. Завершив все положенные процедуры, мы продолжили путь.
Фентлард не сильно отличался от южного Никса. Я полагал, что здесь будут совсем суровые морозы, а леса представлены хвойными деревьями, однако до таких значений климат не опустился. Днем температура стояла около двенадцати-пятнадцати градусов, так что кутаться в одежды не приходилось. Солнце яростно палило сверху. Погода выдалась ясная.
В районе полудня мы набрели на крупный конный отряд со стягами барона Ганишеда — правителя Фентларда. Мы остановили караван, и я на всякий случай отдал тихую команду вооружаться. Кто его знает, что на уме у местных блюстителей порядка.
— Боргатские шпионы⁈ — рявкнул в нашу сторону один из командиров.
— Спокойно! — поднял руку другой всадник. — Это же обычный торговый караван.
— И таких шпионов вылавливали! — возразил первый.
— Ты посмотри на хозяина, — кивнули в мою сторону.
Всадники взглянули на меня с любопытством.
— Боргатские ублюдки решили чуму к нам завезти⁈
