Наконец, память бывшего владельца тела подсказала мне, где лежит зеркало, и я достал предмет из комода, прибитого к стенке фургона. Утренние лучи солнца уже пробивались через небольшое окошечко, так что света было достаточно. С некоей опаской я взглянул на собственное отражение и сразу поморщился. Хуже морды и вообразить себе сложно. Широкое, щекастое лицо с двумя подбородками, носом-картошкой, темными оспинами от проклятья, маленькими поросячьими глазками, едва заметными бровями, тонкими усиками над узкой верхней губой, черно-желтыми кривыми зубами, торчащими ушами, сальными патлами на голове и хорошо заметной залысиной. Хоран пытался скрыть начавшееся облысение, поэтому отращивал волосы, однако тайное всегда становится явным. В тридцать лет и уже начал лысеть. В принципе бывает и такое, но почему мне досталось именно это тело? Хотя бы что-то положительное в моем новом вместилище имеется? Или Богиня решила надо мной подшутить, отправив в самого отвратного мужичка, которого смогла найти? Впрочем, существовали варианты и похуже. В старика немощного или, того хуже, эльфийскую бабу. Хотя… Нет уж, лучше в Хорана.
Занятно. Раньше я вообще ничего особенно не думал об ушастой фантастической расе. Встречались они в книгах и фильмах, ну и пес с ними. Сейчас же при мысли об эльфах появлялось некоторое раздражение. Хоран эльфов недолюбливал, и его отношение передалось мне.
Какое-то время я сидел на кровати в прострации, ожидая, что кошмар закончится или Богиня придет снова и исправит свою ошибку, однако ничего не менялось. Послышались негромкие разговоры снаружи. Похоже, рабы тоже встали.
— Ладно! — я ударил себя по щекам. — Соберись, тряпка!
Сдаваться, даже не попытавшись, — признак слабости. Мне даровали новую жизнь, и пускай это жизнь в тщедушном тельце работорговца, я проживу ее на полную катушку! Помощь божков мне не нужна. Я сам себе царь и бог. Как минимум, необходимо озаботиться собственным здоровьем и снятием проклятья. Как я мог убедиться на примере Ниуру, в этом мире действует магия. Можно будет найти местного пластического хирурга и сделать из себя пышущего здоровьем красавчика. Такого, что сама Аурифи обзавидуется. Чертова криворукая идиотка. Как можно допустить, чтобы наши с Хораном личности слились?
Остается вопрос — чем мне зарабатывать себе на жизнь? Драться не умею, никаких особых способностей нет, мои знания тут вряд ли пригодятся. Остается только делать то, что получалось у Хорана лучше всего — торговать рабами. Еще вчера я подумывал о том, чтобы отпустить бедных невольниц, однако сегодня мое мнение поменялось. Рабы — это всего лишь имущество, вещи. Ими можно торговать без каких-либо проблем. Да и в любом случае я буду значительно более хорошим хозяином, нежели прошлый Мрадиш. Буду баловать своих рабов иногда. А как скоплю требуемую сумму, завяжу с этим грязным делом и найду себе более приглядное занятие.
Все равно я не смогу изменить сложившуюся систему. Я ведь не бог, а маленький, больной, проклятый человечек. Отлично! Благородный работорговец выходит в свет. С общими планами определились, осталось только воплотить их в жизнь.
Для начала надо бы немного подрихтовать свою внешность и почистить зубы, что Мрадиш делать не любил. Зато на сладкую и другую вредную еду налегал активно, отчего с зубами у него имелись серьезные проблемы. Нескольких уже лишился. Надо сохранить то, что мне досталось. Покопавшись в комоде, я нашел зубной порошок и специальную лучину. Если ее срезать, волокна расщеплялись, образуя особые щетинки. Здесь же я обнаружил приборы для бритья, которые тоже прихватил с собой.
На пояс повесил короткий меч Хорана, который он нередко забывал в фургоне. Лежал в ножнах достаточно плотно. Не слишком длинный, зато увесистый. Простой обоюдоострый прямой клинок с короткой гардой. Металл поблескивали занимательными переливами, и память Хорана подсказала мне, что клинок создан из особого материала и зачарован магией. Благодаря чему резал он значительно лучше обычного клинка, да и сломать его сложнее. Мрадиш его в деле практически и не использовал, хотя на этот счет я мог и ошибаться. Память подводила.
— Утречка, невольнички! — задорно объявил я, покинув фургон.
Возле входа обнаружился прислоненный к повозке костыль, выструганный из единой ветки. Рабы исполнили мое поручение.
— Хорошая работа, — кивнул я удовлетворенно и приспособил костыль под левую подмышку.
Передвигаться стало в разы проще, хотя скакать по подлеску на одной ноге — тот еще гемор.
— Мастер тебя похвалил, Лия! — присвистнула Ниуру. — Если бы он не начал нас вчера лапать, можно было подумать, что яд варана пошел ему на пользу. Во славу огня…
