Аристей неторопливо приближается, наслаждаясь чувством абсолютного контроля над ситуацией. Изуродованное лицо монстра оказывается совсем близко. Лопнувшая кожа обнажает мышцы, делая его похожим на живой труп. В узких вертикальных зрачках плещутся насмешка и торжество. Окровавленные губы кривятся в хищном оскале, обнажая почерневшие острые зубы. Слегка наклонив голову, он низко смеется, обдавая мерзким смрадом своего дыхания.
– Теперь ты видишь, Дэрил? – цедит он с глумливой усмешкой. – Всё, что ты строил, всё, что создавал, – это пыль и тлен. Ты верил в порядок и контроль, но мир всегда будет принадлежать хаосу. Ты не победитель. И никогда им не был. Ты просто последний осколок старого умирающего мира, о котором скоро никто не вспомнит. Я – воплощение будущего, свободного от твоих цепей и ограничений.
Он подходит ещё ближе, с надменной уверенностью приставляя дуло пистолета к моей груди.
– Где твои ракеты, Дерби? – насмешливо продолжает ублюдок, не спеша жать на курок. – Где твоя великая армия, готовая умереть по твоему приказу? Где вся та непобедимая мощь, которой ты так кичился, словно бессмертный бог? Ты всего лишь зазнавшийся глупец, который перепутал роли. Я – та сила, которая уничтожит все твои жалкие достижения. Я – начало и конец новой истории.
– Ты ошибаешься, Элиан. – Мой голос каленой сталью резонирует в гнетущей тишине. – Мир никогда не принадлежал тебе. Ты – аномалия, паразит, обречённый на забвение.
Резким движением я поднимаю зажатый в руке пистолет, направляя ствол ему в голову. Пространство между нами вибрирует от смертельного напряжения. Мы застываем друг напротив друга. Человек и монстр, порядок и безумие сошлись в последнем смертельном поединке, чтобы решить исход войны, длящейся уже слишком долго.
– Не я, а ты мечтал стать богом, Аристей, – хрипло произношу я, усиливая давление на курок. – Но ты забыл, что боги гибнут от рук создавших их творцов.
– Ты обвиняешь меня в своих собственных грехах, – цинично скалится ублюдок. – Мы оба хотели перекроить мир, изменить саму его суть. Единственная разница – я никогда не прятал своё безумие под лицемерной маской морали. Хочешь меня уничтожить? Но… возможно, есть лучший выход – мы можем поделиться… – он выразительно приподнимает опаленные брови, в желтых глазах мелькает безумие угодившего в капкан хищника.
– Мир не делят с паразитами, их выжигают, – без колебаний бросаю я, уверенно надавливая на курок.
Реальность сжимается до одной ослепительно яркой точки. Два выстрела звучат одновременно, сливаясь в один оглушительный хлопок. Его пуля врезается мне в грудь, ломая рёбра, вспарывая плоть и заполняя лёгкие горячей кровью. Боль вспыхивает в теле огненным вихрем, поглощая сознание, но сквозь завесу надвигающейся темноты я вижу, как моя пуля наконец достигает цели.
Голова Аристея разлетается фонтаном крови, осколками костей и сгустками плоти, оставляя на стенах и потолке искорёженного вагона алые брызги и жуткие отметины, словно ставя финальную последнюю роспись этой кровавой эпохи.
С нечеловеческим усилием поворачиваю голову, глядя, как Харпер медленно поднимается с пола. Зажав ладонью рваную рану, он не сразу обретает равновесие. Мощное тело сотрясает внутренняя дрожь, мышцы судорожно сокращаются, в глазах полыхает желтый огонь, отражая столкновение двух противоположных начал.
Превозмогая боль, я вскидываю пистолет, целясь ему в грудь.
– Отзови мутантов, Харпер. Немедленно, – хрипло произношу я, с трудом выталкивая слова сквозь подступающую к горлу вязкую кровь. – Заставь их убивать друг друга.
Он поднимает на меня взгляд, полный нечеловеческого напряжения и мучительной борьбы с самим собой.
– Я не смогу… заставить их всех, – хрипло выдыхает он, сквозь сжатые зубы.
– Тех, кто останется, добьют войска Дерби… Эрика Дерби, – сражаясь с подступающей тьмой, сбивчиво выдавливаю я, сплевывая сгустки крови. – Сделай это, Кайлер. Ради нее. Ради Ари… Сейчас.
Харпер застывает на мгновение, затем с его губ срывается низкий рык, наполняющий пространство почти осязаемой вибрацией.
Секунду спустя снаружи раздаются чудовищные вопли и оглушительный грохот. Смертоносная орда, только что атаковавшая бойцов единым фронтом, теперь разрывает саму себя на части. Дикие вопли обезумевших шершней и триумфальные возгласы солдат становятся неопровержимым свидетельством того, что приказ единственного лидера мутантов был услышан и принят к исполнению.
Перед моим затухающим сознанием, сквозь густеющий туман боли, на мгновение ясно вспыхивают лица Дианы и моих детей, которых я так жестоко и отчаянно любил, и которым сейчас оставляю будущее, очищенное от тьмы моего наследия. Я не позволю монстру, живущему внутри Харпера, однажды поднять голову и обратить свою ярость на людей. Не теперь, не в этот последний миг, когда я всё ещё способен удерживать судьбу мира в своих руках.
– Я не оставляю тебе выбора, Кайлер, – с трудом произношу я, каждое озвученное слово стоит мне неимоверных усилий. – Лучше умереть человеком, чем позволить истории повториться. Игра окончена. Теперь уже навсегда…
