Ответа не последовало. Тогда Стрелок прокричал имя колдуна громче:
— Двимгрин!
В следующий миг Алед оказался лежащим на спине. На скорости он врезался в какое-то препятствие и от мощного удара не устоял на ногах.
— Ты зачем орешь, гоблинские норы! — прозвучал знакомый голос.
Стрелок поднял взгляд и различил в темноте очертания фигуры Двимгрина, который и оказался внезапно возникшим препятствием. Колдун был уже не в обличии воина Алкайгирда. Он снова был в черном, но то были уже не рваные тряпки, которые за последние дни стали частью его образа. По крайней мере, Алед сразу отметил, что его черный плащ теперь словно новый.
— Ничего лучше не придумал, чем кричать мое имя, полудурок?! — злостно прошептал колдун. — У тебя все получилось?
— Да, вот он.
Алед встал и протянул Ключ Двимгрину.
Колдун, едва взглянув, сразу убрал его в тот же мешок, в котором носил Шкатулку.
— Скорее уходим отсюда! — сказал он. — Очень скоро они осознают, что все это было надувательством.
— Надувательством?
— Бежим! Нет времени на разговоры!
И Двимгрин рванул вверх по склону. Алед бросился за ним, стараясь не упускать из виду темный силуэт колдуна, который по всей видимости отлично понимал куда направляется. Вскоре они выбежали на знакомое место — то самое взгорье, на котором колдун и разбойник расстались. Лошадь Двимгрина ждала его у тропы, и колдун немедля вскочил в седло.
— Моя лошадь осталась там, — проговорил Алед.
Двимгрин молчал. Замерев, он долго прислушивался, и вдруг произнес:
— Надо убираться!
— Моя лошадь…, — начал было Алед.
— Да сядь ты уже позади меня, гоблинские норы! — раздраженно воскликнул Двимгрин.
Санамгелец запрыгнул на коня и ухватился за одежду колдуна. В то же мгновение вороной конь прянул и быстро понес наездников по лесной тропе. Когда она вынырнула на обрывистые берега Мезза, Алед проговорил:
— Куда мы скачем?
— В порт Мертвого Города.
— Зачем?
— Найдем там лодку или плот и уплывем отсюда…
— Не лучше ли уехать отсюда верхом.
— Не лучше, — коротко ответил Двимгрин.
Конь выскочил из леса, и впереди уже можно было различить развалины Олдиора. Колдун поднял над головой правую руку, и в ней вдруг вспыхнул огненный шар.
— Не могу оставить высокомерных ублюдков без подарка, — изрек колдун и метнул огонь влево, прямо в лес.
Пламя вмиг охватило дерево, потом другое, третье… Несмотря на прошедший дождь, роща вспыхнула, словно хворост.
— Еще один пожар? — спросил Алед.
— Тут еще есть чему гореть, — бросил Двимгрин. — К тому же это, возможно, их задержит.
Двимгрин свернул вправо, на ту самую заросшую дорогу, которая вела к темному городу, который поначалу Алед принял за скалы. Вскоре она пошла под уклон, и берег озера, становясь более пологим, постепенно отдалился, хотя по-прежнему оставался досягаемым взору. Через какое-то время разбойник обернулся. Лес Мотходэк был уж далеко. Новый пожар быстро распространялся по его опушке, и дрожащее пламя красиво отражалось в водной глади широкого озера.
Мертвый Город, окруженный высокими стенами, приближался. Двимгрин остановил скакуна на время, и обернулся назад, снова вслушиваясь в тишину ночи и одновременно любуясь тем, как гибнет в огне волшебный лес Мотходэк. Погони пока не было. Убедившись в этом, колдун тронул поводья и продолжил путь, но уже не гнал скакуна так быстро.
Они проехали под огромной полукруглой аркой. Городские ворота, сорванные с петель, лежали под ногами. Раньше Стрелок не мог представить какой-либо город без единого факела на улицах или огней в окнах домов. Теперь он увидел, что такое возможно. Ни в низких двухъярусных зданиях, ни в высоких башнях не было ни огонька. В тусклом свете звезд он мог рассмотреть лишь очертания окружающих зданий.
То и дело что-то хрустело под копытами коня. Алед не мог ничего толком рассмотреть внизу, ему оставалось лишь гадать, чем усыпаны мостовые уничтоженного города. Но догадаться не составляло труда, ведь город стал общей могилой всем, кто оказался в его стенах в роковой день. Разбойник предпочитал не думать об этих вещах…
Эн-Анэр и воины были готовы к бою, но бой все не начинался. Скаллоры только выли, рычали, но не нападали. Все это длилось слишком долго. Повелитель алфейнов пробежал взглядом по каждому из них и заключил для себя, что с этими тварями что-то не так. Он опустил меч ко всеобщему удивлению окружающих и шагнул навстречу скаллору — тому, что стоял прямо напротив него. Это действие никак не повлияло на чудовище.
Да, скаллоры были слепы, но эти твари не нуждались в зрении. У них были другие чувства, которые позволяли им отлично ориентироваться надземном мире, и Эн-Анэр прекрасно знал это. Повелитель алфейнов вытянул меч перед собой, поднес острие к самой морде скаллора, и тут же отдернул, потому что детище тьмы в очередной раз взвыло, вскинув вверх зубастую пасть. Эн-Анэр поднес клинок еще раз, но это уже никак не подействовало на врага. Тогда алфейн замахнулся и рубанул клинком прямо по голове чудовища…
