Он обернулся и сквозь толстые прутья посмотрел назад. На востоке вставало солнце, согревая остывшую за ночь землю. Затем Алед устремил взгляд вперед, в конец туннеля, и, стараясь не думать о ранах, неровными шагами направился к свету впереди. Каждый шаг по гладкой каменной кладке отражался от окружающих стен гулким эхом, и, хоть Алед и пытался идти менее шумно, это ему никак не удавалось.
Наконец темный туннель закончился. Алед оказался по другую сторону скалы, которая в то же время являлась нижней частью крепостной стены. Он вышел она широкую площадь, вымощенную красным кирпичом. Она начиналась от мраморных строений справа и простиралась до зеленеющего сада, который раскинулся по левую руку у стен трехъярусного здания с коричневой крышей. Прямо впереди, на противоположном конце площади возвышалось другое строение, самое величественное из всех, которые можно было здесь увидеть. Длинная и широкая лестница вела к изящной арке входа, по обе стороны от которой стояли большие чаши с огнем. Чуть дальше Алед увидел основание необычайно высокой башни, которая красным шпилем устремлялась в лазурное небо.
Однако ни у той широкой лестницы, ни у зданий, ни на самой площади не было ни души. Пустовал и сад раскидистых ясеней. Никого Алед не увидел окрест, и это очень удивило его. Такой огромный замок необитаем? Но где же пресловутые маги? В конце концов, кто-то же открыл ворота.
Санамгелец неспешным шагом двинулся к другому концу площади, приближаясь к каменным ступеням. Он озирался по сторонам в надежде увидеть хоть кого-то, но, похоже, никто в стенах таинственного замка чародеев не собирался встречать нежданного гостя.
Полукруглая арка входа выделялась на фоне серой стены своей желтовато-белой кладкой. Алед, скрипя зубами от боли, поднялся по ступеням. Пламя в чашах по обе стороны от входа на мгновение померкло и сразу разгорелось вновь, переливаясь чудной синевой. Он посмотрел вперед. Под аркой не было каких-либо дверей, и сразу можно было узреть, сколь огромно пространство за нею.
Путник шагнул внутрь и оказался в большом белом зале. Два длинных пустых стола тянулись от самого входа до другого конца этого зала. Там Алед увидел еще один стол, который стоял во главе двух других и был коротким, а за ним располагался большой мраморный трон. Зал был пуст.
Алед двинулся вперед. Справа и слева он увидел высокие стеллажи, заставленные толстыми книгами. Дальше стены зала еще больше расступались, увеличивая его ширину. Вдоль обеих стен стояли статуи в виде огромных великанов, которые как-будто держали на своих плечах тяжелые мраморные своды. Каменные гиганты раскрыли широкие рты, и языки пламени, что вырывались из них, наполняли помещение ярким светом. Помимо этого, свет давала и большая люстра, что висела над столами. Сотни свечей ее горели все до единой.
Алед прошел через весь зал, и только теперь заметил, что на подлокотнике мраморного трона сидит ястреб. Это был тот самый ястреб, которого он увидел за воротами. Санамгелец остановился, не отводя от него взгляд. Он был в нескольких шагах от трона. Гордая птица тоже косилась на гостя черным глазом, изредка подергивая крыльями. В зале царило молчание, и было слышно даже полыхание огня, что вырывался из ртов каменных статуй.
— Давно за стены Тригорья не ступала нога вольных странников и путников из других земель.
Алед вздрогнул и обернулся. Прямо к нему шаркающей походкой шел седой сгорбленный старец в темно-синем одеянии. В руке его был высокий кривой посох с наконечником в виде трех горных пиков, которым он гулко ударял о каменный пол. Алед вздрогнул второй раз, когда ястреб неожиданно шумно вспорхнул к сводам и, пролетев через зал, примостился прямо на плечо старца. Тот не обратил на это ни малейшего внимания, будто и вовсе не заметил. Все так же двигаясь в сторону Аледа, он продолжал говорить:
— Бывали времена, когда многие приходили сюда за ответом. Ворота были открыты для каждого, но волшебники не успевали принимать всех, как ни старались. То было время, когда о Тригорье говорили с благоговением, а к магам в синих мантиях относились с великим почтением. Короли сильнейших держав были нашими союзниками, а их советники обращались за советом к нам. Мы были повсюду, и благое дело мастера Экгара оставило след в каждом уголке Гэмдровса. Но прошло то время! И нынче гость в Тригорье — невиданное дело.
Алед чуть кивнул, молча приветствуя старца.
— Да ты, я вижу ранен! — вдруг воскликнул маг, увидев пятна крови на одежде гостя. — Что стряслось с тобой, путник?
— Гоблины набросились на меня у ворот.
— Гоблины? — удивленно переспросил старец. — Неслыханное дело, чтобы подземные уродцы ошивались у стен Тригорья.
— А, может быть, они ваши?
— Что ты! Тригорский Орден не ведет дел с этими тварями.
Алед в очередной раз поморщился от боли: раны еще не затянулись.
— Ведет или нет — то уже не важно, — произнес он. — Я пришел к вашему порогу, но никто не открыл мне ворот. У ваших дверей на меня напали и едва не убили. Прибывший гость едва не погиб! Что ты об этом думаешь, маг Тригорья?
