Вырваться удалось не сразу. Мне пришлось прощаться с каждой из дам в отдельности и если бы не помощь Элиды, то я бы обязательно опозорилась. Она подсказывала имена, находила доброе слово для каждой, так что в половине случаев я обходилась любезной улыбкой и междометьями.
Дамы провожали нас до самой кареты и потому весь оставшийся путь мы с Элидой провели в молчании, наслаждаясь наступившей тишиной.
Едва мы переступили порог дома, как Элида быстренько вручила мне папку с подготовленными директором документами и с облегчением выдохнула:
— Все, Лори, я отработала твоим секретарем и теперь свободна! С Александром поговоришь без меня.
И едва не вприпрыжку поскорее умчалась, не давая шанса ей возразить. А я пошла разыскивать мужа.
Тот оказался в своем кабинете. Корпел вместе с Бастианом над какими-то бумагами. Я ему посочувствовала. Мало ему своих дел, так еще и я прибавлю.
Выглядел Александр усталым, глаза покраснели. Похоже, все то время, что для меня проводили экскурсию, поили чаем, он, не разгибаясь, сидел над документами. Может, стоило бы его подкормить, но у меня уже чай скоро из ушей польется. Поэтому предложила:
— Александр, может быть, пройдемся по саду, посмотрим Аптекарский огород? А я заодно расскажу о поездке?
Муж улыбнулся:
— Прекрасная идея, Лори!
— Бастиан, пока я сбегаю за плащом, распорядитесь, чтобы для вас с Александром принесли что-нибудь перекусить.
— Перекусить это тоже хорошая мысль, но за плащом бегать не стоит. Возьмешь мой! — и Александр накинул мне на плечи ткань, окутавшую меня теплом и его запахом.
— А ты?
— Мне Бастиан одолжит, — усмехнулся Александр, беря другой плащ.
Мы вышли в потайную дверь его кабинета и яркий солнечный свет после комнаты заставил на мгновение прищуриться. Солнце клонилось к закату и от деревьев падали длинные тени. Воздух пах осенними листьями и немного дымом. Александр взял меня под руку и какое-то время мы шли молча, наслаждаясь красотой сада, покоем и близостью.
— Как твои посадки? Прижились? — неожиданно спросил муж.
Мне стало приятно, что он вспомнил, как я ему рассказывала о своих мечтах и планах на этот огород.
— Кажется, да. Кусты бодрые, а вот там, где сеяла семена, смотри, проклюнулись ростки.
Мы вместе уставились на грядку. Там, среди комочков земли, местами были видны крохотные пятнышки зелени.
— А там совсем пусто, — Александр махнул в сторону другой грядки. — Помню, ты там тоже возилась. Пропали?
— Нет, эти взойдут только весной, — пояснила я. Его искренний интерес согревал мне сердце. — Но я хотела рассказать тебе о Школе.
— Слушаю, душа моя.
Я понимала, что это просто слова, но как мило звучит! Я опустила голову, чтобы вид Александра окончательно не спутал мои мысли. Собравшись, приступила к рассказу.
Так мы сделали несколько кругов по поляне перед окнами его кабинета. Александр внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы и одобрил мое предложение использовать Ратушу для школьного праздника.
К концу рассказа закончилась и наша прогулка. Уже перед самой дверью, когда нас никто не мог увидеть, Александр произнес:
— Ты молодец, Лори! — и словно благодаря, легко прикоснулся губами к моей щеке. Отстранился и внимательно всмотрелся в мои глаза.
Не знаю, что он там увидел, но следующий поцелуй уже нисколько не походил на благодарность. Сладкий, томительный, нежный, как обещание. Долгий, до потери дыхания. Когда Александр отстранился, разочарование было острым как бритва!
А он улыбнулся и немного хрипло произнес:
— Я жду, Лори!
Распахнул дверь и любезно пропустил меня вперед.
На следующий день с утра мы отправились в Ратушу. Мы — это я, Элида и одолженный мне мужем Бастиан. Вчера я передала ему документы, полученные от директора Нольвена и после встречи с мэром, осмотра зала, секретарь мужа собирался зайти в Совет Клана и решить вопрос о дополнительном выделении денег на ремонт.
— Пока ты не представлена Клану, решать финансовые вопросы не можешь, — разъяснил мне вчера Александр, — а вот после обязательно приставлю тебе помощницу. Бастиан подберет. Он же уточнит и сообщит, какую сумму мы можем выделять на благотворительность. Чем ты сможешь распоряжаться. Я помню, что мама много этим занималась.
Я смотрела на мужа в растерянности и малодушно решила пока не интересоваться деталями. Как-то не готова увидеть сейчас величину той горы обязанностей, что, оказывается, прилагались к моему новому имени — «леди Элория Эрриа».
— Не пугай Лори! — засмеялась Элида. — Это мама. А Джеме или мне не так уж часто приходилось заниматься этим.
Этот разговор возник за ужином и чуть не лишил меня аппетита.
— Потому что после смерти мамы просителей взяла на себя тетя Элис, — разъяснил Александр. — Ты слишком юная, и к тебе с просьбами не обращались. А Лори вряд ли удастся увернуться.
— Директор Нольвен — первая ласточка, — согласился с мужем Бастиан. В эти дни он оставался в поместье. — Следом обязательно потянутся другие просители. И то, что леди человек, их не остановит.
