– Не хочу расстраивать Юльку, – фыркнула я в ответ. Сестра с Кириллом снова были в саду, поэтому я не боялась, что она услышит.
– Я буду осторожен, – внезапно серьезно сказал Иван, махнул мне рукой и направился в сторону болота.
Что ж, безумству храбрых, как говорится.
Но внезапно я поняла, что если с соседом что-то случится, то в первую очередь расстроюсь я сама.
До самого вечера мне так и не удалось остаться одной. Вера затеяла большую стирку, и мне было неловко спрятаться в комнате. Вечер выдался очень теплым, приятным, окна были распахнуты настежь, но занавески даже не шевелились. Кирилл и Юлька в саду расчищали место для новых клумб, я то и дело слышала их щебет. Если Юлька и была очарована Иваном, то, стоило тому скрыться за деревьями, Кирилл снова завладел ее вниманием, что не могло меня не радовать.
Наконец солнце начало клониться к закату, место для большой клумбы было расчищено, выстиранные вещи развешаны во дворе, и Вера с Кириллом засобирались домой. Юлька, не отдыхавшая днем, очень устала и вымоталась, поэтому уснула рано. Я еще успела вместе с чашкой свежего кофе проводить последние краски с неба и, только когда оно полностью почернело, закрыла дверь на террасу и наглухо зашторила окна. Но вместо того, что отправиться в свою комнату и изучить наконец некролог, зашла в столовую, остановилась у порога, глядя на то место, где сидела за обедом.
Когда Иван помогал мне сесть, я поймала короткое видение. И теперь понимала, что хочу большего. Как в тот раз, на кладбище. Мне захотелось вновь заглянуть за завесу времен, увидеть что-то из жизни Вышинских. Я не знала, что это: реальность или всего лишь моя фантазия, но хотелось снова это испытать. Мне было мало коротких невнятных видений, я желала полноценного эпизода.
Поставив чашку на стол, я подошла к стулу, аккуратно выдвинула его. Замерла лишь на мгновение, прежде чем сесть. Даже глаза прикрыла, ожидая видения, но… ничего не произошло. С чего я вообще решила, что непременно поймаю видение? Ведь я уже сидела на этом стуле раньше, и ничего такого не происходило.
Я разочарованно выдохнула и открыла глаза. Почему мне раньше не пришло в голову, что никакой я не экстрасенс, не заглядываю в прошлое по собственному желанию? Возможно, я даже писатель посредственный, и все эти эпизоды – лишь плод моей фантазии, которой я даже не могу управлять по собственному желанию. Прав был Вадим, я та еще бездарность без него. Ведь до того, как он написал сценарий по моей книге и успешно продал его киностудии, я не была так популярна, как потом. Моя популярность – его заслуга. Без него я никто.
Позади послышался шорох, но прежде, чем успела бы обернуться, моего плеча что-то коснулось. Точно так же, как перед ужином нечаянно коснулся рукой Иван. Только тогда по коже не побежали мурашки. То ли видение их спугнуло, то ли я не запомнила. Но мурашки были скорее приятными, хотелось, чтобы Иван не убирал руку, чтобы полностью положил ладонь на мое плечо, а я бы наклонила голову, прижалась бы к его руке щекой…
Мурашки удовольствия сменились легким головокружением, и столовая снова стала пышнее и светлее, в нос ударил аромат свежих роз и жареной птицы.
