Дома бы меня непременно отчитали за такое неумелое обращение с приборами. А еще дома никто и никогда не интересовался моим мнением. И моей судьбой. Настолько не интересовался, что теперь мое тело покрывает узор, который вовсе не узор, а страшные надписи…
Что, если рядом со мной окажется незнакомый темный маг? Или я случайно коснусь работающего темного артефакта? А Марьяна или Саймона не будет поблизости.
Я сбежала, потому что услышала, что ритуал близок к полному завершению и я наконец исполню свое предназначение.
«Сможем ли мы ее контролировать?»
— Ива? Ива? Все хорошо?
— А?
Я отмерла, поймав встревоженный взгляд Марьяна. И почувствовала, как затекли побелевшие пальцы, до сих пор сжимающие вилку.
— Да, — я сглотнула. — Все хорошо. Я готова.
Я должна через это пройти. Если есть способ пусть не убрать узор полностью, но сделать так, чтобы он перестал быть опасен для меня и для окружающих, то нельзя стесняться и колебаться. Сейчас рядом со мной слишком много замечательных людей, подставлять под удар которых я просто не имею права.
— Готова? — уточнил темный, тоже откладывая приборы.
— Да!
Главное, чтобы Марьян сам не начал сомневаться. Моя решимость напоминала стоящий на краю бокал, готовый разбиться от любого неловкого движения.
— Идем.
Темный маг верно понял мое настроение. Он встал и вышел не оборачиваясь. Мне оставалось поспешить за ним, глядя на идеально прямую спину.
На секунду стало страшно, не в ту ли комнату со столом мы направляемся, но Марьян свернул в другую сторону, остановившись у незнакомой двери.
— Я подожду, пока ты разденешься.
Он распахнул дверь, и моя смелость при виде большой кровати подверглась серьезным испытаниям.
— Представь, что ты на приеме у целителя, — посоветовал темный. — Разденься, накройся простыней и тогда зови. Все писчие принадлежности уже там.
Стараясь сохранить запал, я прошла внутрь, но все равно вздрогнула от легкого щелчка замка, не удержалась и на всякий случай проверила, опустив ручку — дверь открыта. Марьян оставлял мне пути к отступлению, но я не собиралась сбегать. Хватит. Набегалась за два года. Сколько можно бояться и прятаться?
Оглядевшись, я заметила небольшой стол со стопкой бумаги и стул, сейчас придвинутые к кровати. В комнате едва-едва витал горьковатый аромат мужского парфюма. На банкетке лежал сброшенный вчерашний пиджак Марьяна — видимо, это его личная спальня.
Ох, лучше бы гостевая… без всего этого.
Но не проситься же в другую.
Непослушными пальцами я расшнуровала и сняла платье, осторожно положив его на кушетку. Затем гольфы — летом я не любила носить чулки. Затем нижнюю сорочку…
На лифе я замедлилась, расстегивая крючки. На секунду меня посетила отчаянная мысль остаться хотя бы в панталонах, ведь они были совсем коротенькие и миниатюрные, не доходившие и до середины бедра. Но узор был и под ними. И на ягодицах…
Закусив губу, я стянула последний предмет одежды и быстро легла на кровать под простыню. Судорожный вдох-выдох и царапающие горло слова: «Я готова».
Получилось тихо, но замок двери опять щелкнул, открываясь и впуская Марьяна.
Он ждал. Начиная с утра, когда ездил во дворец с докладом, когда улыбался, слушая заслуженную похвалу короля: разобрался со сложным заданием, молодец. Когда принимал искренние (а по большей части — не очень) поздравления от других. Слушал, улыбался, кивал и думал. Думал о сегодняшнем вечере.
Нет. Он думал об Иве. Не об узоре. О девушке.
Будоражащие мысли кипели в голове, нагревая кровь, превращая ее в лаву и отправляя по венам.
К вечеру, когда Ива должна была вот-вот прийти, Марьян уже серьезно сомневался в своей выдержке.
Ему надо думать только об узоре. Сосредоточиться на нем. Но как?
Наверное, в чувство привел ее испуг, да что там — настоящий ужас и паника в глазах, как тогда, когда он выпустил магию при их второй встрече. Если бы он не держал, Ива бы убежала.
Для нее этот вечер пройдет иначе и вряд ли будет существенно отличаться от ритуала на алтаре. Здесь не стоит обманываться.
Хотя за столом Мар вообще всерьез засомневался, что что-то получится. Насильно он тащить Иву в спальню не станет, как и сдирать ее с нее одежду и привязывать к кровати.
Мысли снова свернули не туда, и Марьян усилием воли вернул их в реальность — за стол с испуганной девушкой.
Тем сильнее он удивился, услышав ее согласие.
«Только бы не спугнуть».
Поэтому он изо всех сил держался, отгоняя предвкушение и возбуждение, но все равно не мог не прислушиваться к доносившимся из спальни шорохам.
Как же он хотел, чтобы Ива раздевалась добровольно и по совсем иной причине! Впрочем, тогда бы она не делала этого сама, Марьян прикрыл глаза, сразу представив, как расшнуровывал бы на ней платье. И легонько стукнулся головой о стену.
Выдержка — главное качество темного мага.
Медитация.
Как в детстве, когда только учился контролю над магией.
— Я готова, — донеслось тихое, на грани слышимости, из-за двери.
Готов ли он?
