— Уже почувствовала? — Его ладонь легла мне на живот, заставляя вздрогнуть — не от страха, а от отголоска пережитой бури, еще не улегшейся во мне.
Но все враз вытеснил холод. Я охнула, а Мар отдернул руку.
— Мы снимем печать, — уверенно заявил он, обняв меня за плечо и притянув ближе, делясь своим теплом. — Все заклинания на твоем теле теперь подчиняются мне. Тебе больше нечего бояться.
Он провел пальцами по моей руке — и узор исчез, словно у него была губка, впитавшая грязь. Заклинания действительно подчинялись беспрекословно, а значит, Мару больше не придется вытягивать из меня магию, чтобы очистить кожу.
Я все-таки встала и надела сорочку. Сидеть обнаженной было во всех отношениях слишком. Марьян тоже натянул брюки, хотя он совершенно не стеснялся собственной наготы и продолжал любоваться мной.
Захотелось влезть и в платье, но Мар остановил.
— Зачем? — удивленно спросил он. — Только не говори, что хочешь уйти.
— Но за окном уже ночь. — Я растерялась, пока не зная, как себя вести.
Пожар внутри остывал, и чувства уступали место мыслям.
— Останься до утра, — попросил маг.
Он подошел и забрал платье из моих рук, положив его на спинку кресла и заключив меня в объятия.
— Ива, неужели ты думаешь, что я тебя так просто отпущу?
— Но… ты обещал, что уберешь связь.
— Уберу, конечно. Но даже когда все закончится, я не собираюсь с тобой расставаться. — Он коснулся губами моего лба. — У меня большие планы. На нас.
Сердце екнуло, а живот снова скрутило. И я не удержалась, обняла Мара в ответ. Планировать что-то было пока страшно, но помечтать-то можно.
— А когда вы сможете вытащить темную сущность? — подрагивающим голосом спросила я.
— Через два дня. Мне нужно будет завтра уехать, послезавтра вернусь. Саймон, между прочим, уже прислал вестника, что разработал ритуал. Я тоже кое-что присмотрел в гримуаре. У нас все получится, не сомневайся.
Я не сомневалась. Было страшно, конечно, но дело не в сомнениях. Просто я столько жила с этим. Столько боялась. И до конца не верилось, что вот-вот все закончится. Я прижалась к Мару теснее, обняв его крепко-крепко.
Не знаю, что будет дальше, что может получиться… у нас. Но я точно никогда об этом не пожалею, как бы там ни сложилось.
Как и просил Марьян, я осталась с ним до утра. Мы засыпали в одной постели — все-таки перебрались в спальню, и под моей ладонью ровно билось его сердце. А просыпаться в обнимку и вовсе оказалось замечательно. Видеть его немного рассеянную первую улыбку и сонные глаза.
— Если ты продолжишь так на меня смотреть, то не пойдешь в зоопарк, а я не попаду к порталу и ослушаюсь короля, — строго произнес он, но смешинки в глазах портили все впечатление.
За завтраком Марьян вытащил из ушей сережки-гвоздики и положил на скатерть возле меня.
— Я помню, что ты в прошлый раз отказалась, но, согласись, обстоятельства немного изменились. — Он усмехнулся, но тут же вернул серьезное выражение лица. — Ива, пожалуйста, надень их. Мне так будет спокойнее.
Я неуверенно посмотрела на Мара, не зная, как отказаться.
Его серьги в моих ушах заметят все. И что подумают?
Что скажет Ян?
— Я не уверена, что это хорошая идея…
— Ива, о нас так и так все узнают. Я не стану скрывать наши отношения. Более того, мне бы хотелось, чтобы они были не только открытыми, но и законными. Но это мы обсудим потом, — быстро добавил он, уловив мое смятение. — Пока что просто сделай мне приятное. Это не какой-то мощный артефакт и не к чему-то обязывающее дорогое украшение. Зато в пределах зоопарка или даже Диграйна я сумею тебя найти. Пожалуйста.
Я все равно хотела отказаться, но теперь чувства и эмоции Марьяна проникали мне в самое сердце, и оно буквально разрывалось от его волнения и чего-то другого, в чем я боялась признаться, чтобы не разочаровываться потом.
Медленно и нехотя я взяла серьги и одну за другой вдела в уши. Проколы немного заросли — я два года не носила украшения, пришлось поднажать.
— Спасибо, — поблагодарил Мар.
Он и сам как-то изменился. Все такой же настойчивый и даже напористый, но теперь эти качества перекрывались его внимательностью и искренней заботой.
— Ты же отпустишь меня одну? — поинтересовалась я, поглядывая в окно, солнце за которым поднималось все выше. — Уже пора идти.
— Я бы, конечно, тебя проводил. Причем до кабинета, — Мар улыбнулся, — но мне самому пора выдвигаться. Портал забронирован на десять утра.
Мой рабочий день начинался и того раньше, стоило поспешить.
На пороге Мар поймал меня за талию и круто развернул.
— Поцелуй на прощание, — лукаво пояснил он, накрывая мои губы своими.
Сердце пустилось вскачь, а время, наоборот, остановилось. Поцелуй становился настойчивее и требовательнее, и если не прекратить это немедленно, то мы оба везде опоздаем.
— Мар, — я смущенно вывернулась из его объятий, — мне правда пора. И тебе.
Он оперся рукой на дверь, не давая ее открыть и борясь с собой и со своим желанием. Нашим желанием.
— До послезавтра, Ива, — отодвинулся он, отпуская и выпуская меня.
