— На стол садиться не буду, — предупредила его.
— Как скажешь, — легко согласился темный.
Но по блеску его глаз поняла, что он не отступится. Просто будет действовать не нахрапом, а постепенно.
В ту комнату я заходить не торопилась. Так и стояла на пороге, напряженно наблюдая за тем, как маг достает из сейфа гримуар, кладет его на стол и активирует защитное плетение столешницы. На этом моменте я вздрогнула и дернулась назад. Пульс снова зачастил, а паника подобралась к горлу, сжимая его не хуже магической клятвы.
— Видишь, ничего не происходит, — обернулся ко мне маг. — Но ты все равно побледнела, — заметил он.
Я закусила губу, стараясь вернуть самообладание. Выходило так себе.
— Ты говорила про алтарь, что все произошло на нем, — продолжил темный. — Но загвоздка в том, что для проклятия алтарь не нужен.
Он посмотрел на меня, и по его расфоркусированному взгляду и блеску магии в глазах я догадалась, что темный перешел на магическое зрение.
— И твоя аура не содержит никаких признаков проклятия. — Он сморгнул заклинание. — Да, есть небольшие изменения, скорее всего, из-за узора. Но если бы я не знал, то не догадался бы, что с тобой что-то не так.
— Ты уверен? — Я подалась вперед, забыв о страхе.
— Абсолютно. Видишь ли, темная магия делится на два основных направления: теория проклятий и некромантия. И я именно маг-проклятийник. Поэтому могу утверждать, что проклятия на тебе нет. Если бы оно было, причем настолько сильное, что проявляется на коже, то я бы его точно почувствовал.
— Но… что это тогда?
Я всю жизнь думала, что проклята, и перестроиться оказалось непросто.
— Не знаю. Но когда человека проклинают, его не кладут на алтарь. Чтобы наслать проклятие — бывает, только на алтарь ложится сам проклинающий, а не жертва. С тобой сделали что-то другое. И по каким-то свойствам ты стала похожа на гримуар…
Он облокотился на стол и посмотрел на старинный фолиант.
— Что же между вами общего?
Как ни крути, с книгой мы были совершенно не похожи.
— Ива, если ты не можешь рассказать о ритуале, то, может, сумеешь рассказать, почему его действие ослабло? Ведь до моего прикосновения узоров не было, так?
— На самом деле мне и без клятвы рассказывать особенно нечего. — Я судорожно вздохнула, чувствуя острую нехватку воздуха. — Я была ребенком… когда это случилось. И почти ничего не помню. Но избавилась от прок… узора уже сама.
— И как же? — заинтересовался маг.
А я поняла, что стою в двух шагах от него. И от стола. Испугалась этого открытия, но усилием воли заставила себя не убегать.
Стол — не алтарь. Нужно учиться бороться со своими страхами, иначе как их победить?
— Мне помогли жрецы.
— Храмовники⁈ — В голосе мага сквозило удивление, смешанное с недоверием и с чем-то еще…
Отвращением?
— Да. За деньги. Но они у меня были. Я пришла в храм и попросила помощи.
— Интересно… — протянул маг. — И каким же образом они тебе помогли?
— Они провели несколько своих обрядов, — передернулась я от воспоминаний. — Помог только последний.
— В чем он заключался?
— Я… не знаю, не могу точно сказать. Они будто сами не были уверены, поэтому перебирали один за другим. И последний… сработал.
От воспоминаний, как меня выворачивало наизнанку, я едва не пошатнулась. Не знаю, как тогда не сошла с ума от боли.
— Он не убрал последствия ритуала, но загнал его глубоко внутрь, — закончил мысль маг. — И значит, в крайнем случае обряд можно повторить.
— Не уверена. — Я тяжело вздохнула и призналась: — Во-первых, таких денег у меня больше нет. А во-вторых… — тут надо набраться смелости, — после обряда жрец умер.
— Даже так? — Брови мага взметнулись вверх, и он забарабанил пальцами по столешнице.
— Он был немолод, — попыталась оправдаться я. — Служители подтвердили, что его сердце не выдержало подобного испытания. Но не уверена, что кто-то из них теперь станет мне помогать даже за очень большое вознаграждение. К тому же далеко не каждый жрец на такое способен.
Маг долго вглядывался в меня, словно пытаясь что-то разглядеть, а потом опять посмотрел на гримуар.
— Итак, подведем итог, что мы имеем. Над тобой в детстве провели какой-то ритуал на алтаре. — Он загнул первый палец. — Он проявляется узором на коже при соприкосновении с сильным источником темной магии. — Второй палец. — По ощущениям похоже на прикосновение к гримуару. Но чтобы это понять, нужно выпускать силу; когда я просто тебя касался, ничего подобного не чувствовал. — Третий палец. — И храмовники сумели тебе помочь каким-то обрядом…
Он загнул четвертый палец, оставив мизинец. Стало похоже на детский жест-обещание.
— У меня имеется одна идея… Она очень странная, поэтому я сначала ее проверю, — закончил темный, разжимая кулак.
— Нет, озвучь! — потребовала я. — Я должна знать все, что меня касается.
— Это всего лишь предположение, — попробовал увернуться маг. — Но если ты настаиваешь…
Темный вновь забарабанил по столешнице.
— Что ты знаешь про гримуары? — вместо ответа спросил он.
— Почти ничего. — Я пожала плечами. — Книги с заклинаниями.
